Бэкмология – это практика всесторонней комплексной поддержки рационального поведения. В ее состав входят модели, свод знаний, сбалансированный инструментарий поддержки принятия и реализации решений и объединяющая их методология.

Бэкмология включает пособие «Создание решений для деловых проблем», которое описывает строгий, детализированный и очень человечный процесс решения неструктурированных деловых проблем, и пособие «Защита собственной психики» – полное руководство по приемам психологического воздействия (атака, давление, манипуляция, обман, блеф, зомбирование и др.) и техникам эффективной защиты от него. Также Бэкмология представлена методиками рациоконтроллинга и психоконтроллинга.


Те, у кого есть свой бизнес, могут начать знакомство с Бэкмологией с сессии «Улучшение продаж». Это честная профессиональная работа, ориентированная на результат.


вторник, 3 мая 2011 г.

Антология хитроумных планов. 36 стратагем


«Стратагемы подобны невидимым ножам, которые спрятаны в
человеческом мозгу и сверкают, только когда их вздумаешь
применить. Тот, кто умеет применять стратагемы, всегда
удержит инициативу в своих руках».
«Хитрость в бою — 36 стратагем» (Тайбэй, 1985)


Никому не нравится быть обманутым. Моральный, а порой и материальный ущерб запоминается надолго. Причем моральный в большинстве случаев переживается сильнее. Стресс вызывают перенесенные унижение и разочарование. Обман обычно воспринимается как свидетельство моральной нечистоплотности, хитрости, которая всего-навсего «низшее проявление ума».

Но представьте себе, что вы проиграли партию в шахматы или в шашки, причем, может быть, не одну, а несколько подряд. Вы ведь не заявите, что вас обманули, вы признаете, что противник сильнее вас, он владеет не только правилами игры, но ее сутью, тонкостями, стратегическим видением и тактическими ловушками. Все это – достоинства игроков высшего класса, гроссмейстеров. Их превосходство вы признаете без обиды.

Теперь, отбросив эмоции, допустим, что в жизни взаимоотношения людей на всех уровнях являются определенными игровыми системами со своими правилами и особенностями.

Это не плод нашей фантазии, к этому заключению пришла совсем недавно современная психология. Родились понятия: трансакция – единица общения; процедуры, ритуалы и времяпрепровождения – простейшие формы общественной деятельности. Наконец, было сформулировано определение игр. «Игрой мы называем, – пишет выдающийся американский психолог Эрик Берн, – серию следующих друг за другом скрытых дополнительных трансакций с четко определенным и предсказуемым исходом. Она представляет собой повторяющийся набор порой однообразных трансакций, внешне выглядящих вполне правдоподобно, но обладающих скрытой мотивацией; короче говоря, это серия ходов, содержащих ловушку, какой-то подвох. Игры отличаются от процедур, ритуалов и времяпрепровождении двумя основными характеристиками: 1) скрытыми мотивами; 2) наличием выигрыша.

Процедуры бывают успешными, ритуалы эффективными, а времяпрепровождение – выгодным. Но все они по своей сути чистосердечны (не содержат «задней мысли»). Они могут содержать элемент соревнования, но не конфликта, а их исход может быть неожиданным, но никогда – драматичным. Игры, напротив, могут быть нечестными и нередко характеризуются драматичным, а не просто захватывающим исходом». (Берн Э. Игры, в которые играют люди. Психология человеческих взаимоотношений. Люди, которые играют в игры. Психология человеческой судьбы / Пер. с англ. М., «Прогресс», 1988, с. 37.)

Блестящие открытия современных психологов страдают одним, отнюдь не умаляющим их значения недостатком: нынешние психоаналитики и не подозревали, что они описали явление, бывшее в течение тысяч лет достоянием китайской философии.

В системе ценностей китайской цивилизации то, что ныне названо «играми», было разработано и внедрено в повседневную жизнь еще за несколько столетий до начала нашей эры. Стратагемность мышления и поведения – а именно это понятие эквивалентно понятию игры – относится к характерным особенностям именно китайской цивилизации, достижениям ее философской и политической мысли. Этот феномен, имплицированный в общественное сознание, с веками, перейдя национальные границы, отразился и на политической и общественной культуре таких восточноазиатских стран, как Япония, Корея, Вьетнам.

И только теперь начинают соединяться традиционные китайские научные представления о человеке и его возможностях с данными европейской науки.

Начавшийся в эпоху Великих географических открытий активный контакт различных человеческих цивилизаций продолжается и в наши дни.

Европейскую цивилизацию Восток обогатил пряностями и алмазами, шелками и оригинальными философскими системами, фарфором и искусством строить арочные мосты. В течение столетий европейские политики толковали об «отставании» Востока, его «застойности», тем не менее XVIII век для Парижа, Лондона и Петербурга был отмечен устойчивой модой на все китайское. Стиль «шинуа» в убранстве дворцов и в парковой архитектуре, в живописи и в предметах быта и по сей день мы видим в ансамблях и коллекциях Версаля и Петергофа, Ораниенбаума, Лувра и Потсдама, в собраниях десятков других музеев.

В течение столетий европейцы жадно брали все, что поражало и привлекало их, но, в общем-то, все это лежало на поверхности. Удивительные же свои тайны Восток упорно хранил, для их разгадки требовались время и труд ученых-ориенталистов.

Сегодня новые средства коммуникаций уплотнили время. Не только востоковеды, но и европейски высокообразованные представители стран Востока выступают в роли талантливых пропагандистов этнокультурных достижений азиатских цивилизаций, способствуют постижению европейцами особенностей политической Культуры восточных обществ. Вопреки предсказаниям Р. Киплинга Восток и Запад сходятся. Более того, Восток ведет наступление на Запад.

Если брать не политический, а социальный уровень, то на наших глазах в Европе и Америке почти поголовное увлечение дзэн-буддизмом, йогой и сексуальными рекомендациями, записанными в «Кама-сутре», естественно перешло в устойчивый интерес к достижениям китайской традиционной кухни, медицины, гимнастике и системам цигун.

Что же такое стратагемность? Само понятие стратагема означает стратегический план, в котором для противника заключена какая-либо ловушка или хитрость. Интересна сама семантика этого понятия: стратагема одновременно означает и сообразительность, и изобретательность, и находчивость.

Стратагемность зародилась в глубокой древности и была связана с приемами военной и дипломатической борьбы. Огромное влияние на теоретическую разработку стратагемности оказал величайший военный мыслитель Древнего Китая Сунь-цзы, автор трактата «О военном искусстве», который требовал облекать предварительные расчеты в форму стратагем.

В настоящее время можно считать установленным, что под литературно-философским псевдонимом Сунь-цзы выступал выдающийся полководец-«стратагемщик» Сунь Бинь, живший в IV в. до н.э. в древнекитайском царстве Ци. На протяжении тысячелетий китайские полководцы составляли стратагемы для взятия крепостей и достижения успеха в военных кампаниях. В исторических хрониках и романах сохранились имена выдающихся стратегов: от легендарного Тай Гуна. наставника У-вана, основателя династии Чжоу (XI III вв. до н.э.), и соперничавшего в военной славе с самим Сунь Бинем полководца У-цзы (V в. до н.э.) до героев эпопеи «Троецарствие» (конец II – начало III в. н.э.) Чжугэ Ляна и Цао Цао.

Стратагемы составляли не только полководцы. Политические учителя и наставники царей были искусны и в управлении гражданским обществом, и в дипломатии. Все, что требовало выигрыша в политической борьбе, нуждалось, по их убеждению, в стратагемном оснащении. Дипломатические стратагемы представляли собой нацеленные на решение крупной внешнеполитической задачи планы, рассчитанные на длительный период и отвечающие национальным и государственным интересам. В дипломатии понятие стратагемности раскрывается как сумма целенаправленных дипломатических и военных мероприятий, рассчитанных на реализацию долговременного стратегического плана, обеспечивающего решение кардинальных задач внешней политики государства. Будучи нацеленной на реализацию стратагемы, стратагемная дипломатия черпала средства и методы не в принципах, нормах и обычаях международного права, а в теории военного искусства, носящей тотальный характер и утверждающей, что цель оправдывает средства.

Но с помощью стратагем наносились и тактические удары. Широко известна, например, стратагема «Убить чужим ножом», с помощью которой устранялся опасный персонаж в лагере противника. Так, в романе-эпопее «Троецарствие» министр – блюститель церемоний Ван Юнь задумывает стратагему, чтобы избавиться от жестокого и распутного военачальника Дун Чжо, стремившегося захватить престол.

Ван Юнь договаривается с красавицей певицей и танцовщицей Дяочань о том, что она должна понравиться и Дун Чжо и его приемному сыну, храброму, но недалекому воину Люй Бу. Ван Юнь обещает отдать Дяочань молодому храбрецу, но отправляет ее к Дун Чжо. Естественно, что Люй Бу взбешен и обвиняет Ван Юня в коварстве, однако тот с невинным видом отвечает, что Дун Чжо лишь поинтересовался подарком и взглянул на красавицу, после чего, уверив, что сам передаст ее Люй Бу, увез артистку к себе.

Став наложницей Дун Чжо, Дяочань постоянно стремится столкнуть своего хозяина с его приемным сыном. В конце концов ей это удалось, и Ван Юнь, устроив западню, заманил Дун Чжо во дворец, где его и убил Люй Бу.  (Ло Гуаньчжун. Троецарствие. М., 1984, с. 62-73.)

Этот эпизод подобен многим другим в богатой истории Китая, но в нем особенно наглядно раскрываются необходимые условия для составления и успешной реализации стратагем: умение рассчитывать ходы и предвидеть их последствия, знание психологических особенностей тех, против кого нацелен план (Дун Чжо обуян жаждой власти и сластолюбив, Люй Бу храбр, недалек и может увлечься молодой красавицей), и, наконец, упорство автора плана в реализации стратагемы.

Стратагема подобна алгоритму, она организует последовательность действий.

Выражение «политика является искусством возможного» стало тривиальным. Банальное толкование его сводится к тому, что политик ограничен в своих возможностях и должен, будучи реалистом, максимально учитывать конкретную ситуацию, следовательно, он не может сделать более того, что ему позволяют обстоятельства. Однако на самом деле искусство возможного – это способность предвидеть последствия политических шагов, их возможные результаты. В этом плане стратагемность, раскрывая способность просчитать ходы в политической игре, а порой не просто просчитать, но и запрограммировать их, исходя из особенностей ситуации и качеств противника, служит образцом политической дальновидности, причем дальновидности активной.

Итак, стратагемность – это сплав стратегии с умением расставлять скрытые от противника западни. Казалось бы, все очень просто: найдите свою стратегию и оснастите ее ловушками. Но даже в такой суперстратегической игре, как шахматы, европейские мастера лишь в конце XIX в. научились строить основанные на оценке ситуации стратегические планы. Э. Ласкер писал по этому поводу: «Найти правильный план так же трудно, как отыскать верное обоснование его. Прошло много времени, по меньшей мере тысяча лет, прежде чем шахматный мир понял значение плана».  (Ласкер Э. Учебник шахматной игры. Изд. 6-е. М., 1980, с. 193.)

В Китае же за несколько столетий до нашей эры выработка стратегических планов – стратагем – вошла в практику и, став своего рода искусством, обогащалась многими поколениями.

Знание древних стратагем, составление хитроумных планов стало в Китае традицией, причем не только традицией политической жизни, касающейся дипломатии или войны. Со временем продуманный во всех деталях обычный бытовой план сравнивали с классическим наследием великих стратегов. В известном средневековом романе «Цветы сливы в золотой вазе, или Цзинь, Пин, Мэй» старуха сводня Ван, устраивая герою любовное свидание, хвастает, что у нее есть план, состоящий из десяти пунктов, который по своим достоинствам не уступает планам самого Сунь-цзы. (Цветы сливы в золотой вазе, или Цзинь, Пин, Мэй. Т. 1. М., 1977, с. 59-60.)

Умение составлять стратагемы свидетельствовало о способностях человека, наличие плана вселяло в исполнителей уверенность в успехе любого дела. Поэтому на всех уровнях в Китае привыкли с должным уважением относиться к стратегии и вырабатываемым стратегами планам. От важнейших политических проблем до игры в китайские облавные шашки «вэй-ци» – всюду шло состязание в составлении и реализации стратагем. Появился даже специальный термин – чжидоу, – обозначавший такую состязательность.

Стратагемность стала чертой национального характера, особенностью национальной психологии. Но это не означает, что китайцы – это нация ловких интриганов, хитрецов и обманщиков. Нет. Это народ, в первую очередь умеющий стратегически мыслить, составлять долгосрочные планы как на государственном, так и на личностном уровне, умеющий просчитывать ситуацию на достаточное количество ходов вперед и употребляющий стратагемные ловушки для достижения успеха.

Одним из достоинств совершенного человека, согласно конфуцианскому учению, являлось такое качество, как «минь» – ум, смышленость, способности. Владение искусством составлять стратагемы было свидетельством высокой одаренности. О таких людях говорили: не успеет шевельнуть бровью, в голове рождается план. Как уже упоминалось, в Древнем Китае огромная масса придворных ученых, философов занималась составлением стратагем. Эти профессионалы предлагали свои секретные планы правителям царств или феодалам, способным оплатить интеллектуальную услугу.

Вместе с тем еще в Древнем Китае была поставлена проблема соотношения стратагемности с моралью. Конфуцианские ученые критиковали создателя первой централизованной китайской империи Цинь Ши-хуанди (259 – 210 до н.э.) за то, что он «выслушивал планы, предлагавшиеся множеством людей, применял достижения шести поколений, благодаря чему, как шелковичный червь, пожрал шесть царств, уничтожил местных владетелей, овладел Поднебесной. Он полагался на низость коварных планов, что привело к исчезновению искренности и доверия. В его правлении не было ни нравственных наставлений, ни преобразующих начал гуманности и справедливости, которые помогли бы объединить сердца Поднебесной... и в Поднебесной начался великий разброд, вызванный тем злом, которое таилось в коварстве и лжи правителя». (Васильев К.В. Планы Сражающихся царств. М., 1968, с. 40.)

Ответ Цинь Ши-хуанди его оппонентам был весьма характерен: император приказал закопать несколько сот ученых живьем в землю, а их книги сжечь. Как говорится, без всякой стратагемности. Но судьба не оставила безнаказанным это злодеяние: спавшему императору была введена в ухо игла, он скончался без следов насилия или отравления. Но проблема моральных аспектов стратагемности оставалась.

Она решалась исторической наукой и художественной литературой, исходившими каждый раз из одного общего критерия: если герой действовал в интересах государства и ради благоденствия народа, то он относился к положительным персонажам, его стратагемы и основанные на них шаги и меры были благородными по определению. И разумеется, узурпаторы власти, охотники за чужим добром, похитители невинности и прочие злодеи составляли «негативные» стратагемы, которые тем не менее все равно подлежали изучению и запечатлению в анналах.

Эта проблема дожила и до наших дней, и не только в Китае. Современная психология указывает, что необходимо различать «игры» с таким типом социального действия, как «операция». «Операцией мы называем простую трансакцию или набор трансакций, – подчеркивает Э. Берн, – предпринятых с некоторой заранее сформулированной целью. Например, если человек честно просит, чтобы его утешили, и получает утешение, то это операция. Если кто-нибудь просит, чтобы его утешили, и, получив утешение, каким-то образом обращает его против утешителя, то это игра. Следовательно, внешне игра выглядит как набор операций. Если же в результате игры один из участников получает «вознаграждение», то становится ясно, что в ряде случаев операции следует считать маневрами, а просьбы – неискренними, так как они были лишь ходами в игре».  (Берн Э. Указ. соч., с. 37.)

В целом же, отмечает этот психоаналитик, современное американское общество не поощряет искренности (кроме как в интимной обстановке), так как здравый смысл предполагает, что искренность всегда можно использовать с дурным умыслом.

Итак, кто же может успешно пользоваться стратагемами? Тот, кто всесторонне подготовлен, кто, изучив особенности стратагемного мышления и действий, может обеспечить выигрыш в состязании даже с более сильным или хитрым противником, если тот не обеспечил себе такую же подготовку.

«Непобедимость заключена в самом себе, возможность победы заключена в противнике», – учил Сунь-цзы.

Собственно, этот же принцип лежит и в основе всех восточных боевых единоборств: ушу, каратэ, тэквандо. Стратагемность – это школа психологического противоборства, которой присущи свои законы и требования. Давая рекомендации своим читателям, Сунь-цзы впервые описал определенный стереотип поведения, который можно назвать азбукой стратагемщика. «Если ты и можешь что-нибудь, – наставлял великий стратег, – показывай противнику, будто не можешь; если ты и пользуешься чем-нибудь, показывай ему, будто ты этим не пользуешься; хотя бы ты и был близко, показывай, будто ты далеко; хотя бы ты и был далеко, показывай, будто ты близко; заманивай его выгодой; приведи его в расстройство и бери его; если у него все полно, будь наготове; если он силен, уклоняйся от него; вызвав в нем гнев, приведи его в состояние расстройства; приняв смиренный вид, вызови в нем самомнение; если его силы свежи, утоми его; если его ряды дружны, разъедини; нападай на него, когда он не готов, выступай, когда он не ожидает».

Девизом стратагемного образа действий являются слова Сунь-цзы: «Сначала будь как невинная девушка – и противник откроет свою дверь. Потом же будь как вырвавшийся заяц – и противник не успеет принять мер к защите».

Стратагемность была серьезным оружием китайских политиков, военных, дипломатов. Благодаря устной традиции, историческим хроникам и художественным произведениям эффективность применения стратагем была очевидной и для широкой публики. Естественно, стратагемы стали секретным национальным достоянием. Прагматичный китайский ум классифицировал стратагемы по видам, разработал методику применения той или иной стратагемы в зависимости от конкретной ситуации, создал своеобразный «банк данных» – «Трактат о 36 стратагемах». Но все это должно было тщательно скрываться от иностранцев. Одним из способов предотвращения утечки сведений о стратагемах был существовавший в императорском Китае запрет на вывоз из страны книг. Разумеется, никто из имперских чиновников не посмел бы ввести иностранца в секретный арсенал стратагем.

Сами же иностранцы, даже после знакомства с трактатом Сунь-цзы и применения его в военных академиях в качестве учебного пособия, не подозревали о широте использования стратагем на всех уровнях. Тем более они не учитывали, что Стратагемность стала важной чертой национальной психологии.

Этим объясняется длительное «молчание» мировой синологии по этой проблеме. Попытки же специалистов смежных дисциплин сориентироваться в древних традициях Востока привели их к заключению, что самые ранние сценарные психоаналитики были в Древней Индии. Они строили свои предсказания в основном на астрологических идеях. Об этом любопытно говорится в «Памчатантре».

Сегодня стратагемность во всем мире переживает бум. Равные возможности овладеть этим искусством предоставляются всем.


Ниже можно найти 36 основных стратагем с пояснениями.

С Т Р А Т А Г Е М А № 1
Обмануть императора,
чтобы он переплыл море
мань
тянь
хай
го
обмануть
 император
(также небо)
переплыть
море
Обмануть императора, чтобы он переплыл море, поместив его в дом на берегу, который в действительности был замаскированным кораблем.
Сокрытие цели, сбитие с курса, стратагема «шапки-невидимки».
Стратагема coram publico*.
*Coram publico — открытый, прилюдный (лат.).
С Т Р А Т А Г Е М А № 2
Осадить Вэй, чтобы спасти Чжао
вэй
Вэй
цзю
Чжао
осадить
Вэй
спасти
Чжао
Спасти государство Чжао, осадив государство Вэй, войска которого осадили государство Чжао.
Косвенное давление на врага при помощи угрозы, направленной против одного из его уязвимых мест, стратагема удара по слабому месту, стратагема ахиллесовой пяты.
С Т Р А Т А Г Е М А № 3
Убить чужим ножом
цзе
дао
ша
жэнь
одолжить
нож
убить
человек
Взять взаймы нож, чтобы убить человека. Убить чужим ножом.
Погубить противника чужими руками.
Стратагема подставного лица. Вредить косвенным путем, не афишируя себя.
Стратагема алиби, стратагема заместителя.
С Т Р А Т А Г Е М А № 4
В покое ожидать утомленного врага
и
и
дай
лао
посредством
покой
ожидать
утомленный
В покое (недеянии) ожидать утомленного (врага).
Стратагема изматывания противника.
С Т Р А Т А Г Е М А № 5
Грабить во время пожара
чэнь
хо
да
цзе
использовать
пожар
заниматься
грабеж
Извлекать выгоду из нужды, трудностей, кризисного положения другого; нападать на поверженного в хаос противника.
Стратагема стервятника.
С Т Р А Т А Г Е М А № 6
На востоке поднимать шум, на западе нападать
шэн
дун
цзи
си
шуметь
восток
нападать
 запад
Изображать наступление на востоке, но вести его на западе; проводить ложный маневр на востоке, а наступать на западе; обманный маневр для сокрытия истинного направления атаки; стратагема ложного маневра.
С Т Р А Т А Г Е М А № 7
Извлечь нечто из ничего
у
чжун
шэн
ю
небытие
нутро
возникнуть, извлечь
бытие
Из недр небытия возникает бытие; из ничто возникает нечто.
Извлечь из ничего нечто.


Стратагема № 7 может работать на трех различных уровнях:
а) Следует так инсценировать угрозу, чтобы противник смог заметить обман; тогда его бдительность ослабеет, при виде настоящей угрозы он примет ее также за ложную и в результате падет ее жертвой.
б) Выигрыш перевеса, достижение перемены в воззрениях или каких-то реальных изменений с помощью инсценировки.
в) Достать что-либо из воздуха; представить выдумку реальностью; распускать слухи; устраивать лживые, клеветнические кампании.
Тактика диффамации.Делать из мухи слона. Маневр раздувания.
Стратагема мистификатора.
С Т Р А Т А Г Е М А № 8
Для вида чинить деревянные мостки,
втайне выступить в Чэньцан
ань
ду
чэнь
цан
тайно
выступать
Чэньцан
Иногда так же 8 иероглифов
мин
сю
чжань
дао
ань
ду
чэнь
цан
видимо
восстанавливать
дерево
мостки
тайно
выступать
Чэньцан
Для вида чинить деревянные мостки, тайно выступить в Чэньцан.
Для вида чинить сожженные деревянные мостки через ущелье, ведущие из Ханьчжуна в Гуаньчжун, однако втайне, не окончив починки, двигаться кружным путем через Чэньцан в Гуаньчжун.


а) Стратагема сокрытия истинного направления. Стратагема кружного пути.
б) Укрывать изысканное намерение за ординарными действиями; прятать за нормальным (обычным) ортодоксальным (общепринятым нечто ненормальное) необычное (неортодоксальное) необщепринятое. Стратагема нормальности.
С Т Р А Т А Г Е М А № 9
Наблюдать за огнем с противоположного берега
гэ
ань
гуань
хо
противоположный
берег
наблюдать
огонь
Наблюдать за пожаром на противоположном берегу, якобы не имея к нему отношения.
Якобы безучастно наблюдать за тем, как противник оказался в кризисной ситуации, в тяжелом положении.
Бездействие: никакой помощи, никакого спешного вмешательства или преждевременного действия, пока тенденции не разовьются в твою пользу, и лишь тогда можно действовать и пожинать плоды.
Стратагема невмешательства. Стратагема выжидания, задержки.

Другая формулировка Стратагемы № 9.
Сидя на горе, наблюдать за борьбой тигров
цзо
шань
гуань
ху
доу
сидеть
гора
наблюдать
тигр
битва
С Т Р А Т А Г Е М А № 10
Скрывать за улыбкой кинжал
сяо
ли
цан
дао
улыбка
в
скрывать
кинжал
Во рту — мед, а за пазухой — меч
коу
ми
фу
цзянь
рот
мед
живот
меч
Ублажать словами, в сердце же вынашивать зло.
Прикрывать дурные намерения внешним дружелюбием и красивыми словами.
Стратагема двуличия. Стратагема Янусовой головы. Стратагема усыпления внимания.
Стратагема поцелуя Иуды.
С Т Р А Т А Г Е М А № 11
Сливовое дерево засыхает вместо персикового
ли
дай
тао
цзян
сливовое дерево
вместо
персиковое дерево
засохнуть
Сливовое дерево жертвует собой ради растущего рядом с ним персикового дерева, отдав за него свои корни на съедение насекомым.
а) С помощью обманного маневра пожертвовать собой, чтобы спасти другого.
б) С помощью обманного маневра пожертвовать другим, чтобы спастись самому.
в) С помощью обманного маневра пожертвовать другим, чтобы спасти третье лицо.
г) Пожертвовать малым, чтобы выиграть нечто ценное.
Стратагема козла отпущения, стратагема жертвенного агнца.
С Т Р А Т А Г Е М А № 12
Увести овцу легкой рукой
шунь
шоу
цянь
ян
легкий
рука
увести
овца
Находчиво используя обстоятельства, суметь увести с собой случайно попавшуюся овцу.
Постоянная и всесторонняя психологическая готовность использовать для обретения преимущества любые шансы.
Стратагема Кайроса.*
* Кайрос (греч.) — божество благоприятного момента.
С Т Р А Т А Г Е М А № 13
Бить по траве, чтобы вспугнуть змею
да
цао
цзин
шэ
бить
трава
вспугнуть
змея


Поворошить палкой в норе. Выгнать змею из норы
Стратагема косвенного предостережения, запугивания, предупредительного выстрела.
Стратагема провокации.
Стратагема «Цзи цзян цзи» или «Цзи цзян фа» - стратагема подначивания военачальника - «Просить военачальника о деянии хуже, чем распалять военачальника на деяние»

Как и всякая стратагема, Стратагема № 13 при неумелом обращении может обратиться неуклюжей попыткой, так сказать, «разбудить спящую собаку» или «сунуться в осиное гнездо».

С Т Р А Т А Г Е М А № 14
Позаимствовать труп, чтобы вернуть душу
цзе
ши
хуань
хунь
позаимствовать
труп
вернуть
душа
а) Поставив новую цель, возродить к жизни нечто, принадлежащее прошлому.
б) Использовать в современной идеологической борьбе старые идеи, традиции, обычаи, литературные произведения и т. п., переинтерпретируя их для новейшего употребления.
в) Стратагема наведения патины. Придавать чему-либо, в действительности новому, ореол старины.
г) Стратагема нового фасада. Употреблять новые учреждения для продолжения старых отношений. Использовать новых людей для проведения старой политики. Обувать новые башмаки, чтобы идти по старой дорожке. Наливать старое вино в новые мехи1.
д) Стратагема паразитизма. Присваивать чужое добро, чтобы на нем основать свое могущество; идти по трупам.
е) Стратагема возрождающегося феникса. Использовать любые средства для выхода из трудного положения.
С Т Р А Т А Г Е М А  № 15
Сманить тигра покинуть гору
дяо
ху
ли
шань
побудить
тигр
покинуть
гора
Побудить тигра покинуть гору.
Сманить тигра с его горы на равнину.
Отрезать противника от его базы.


а) Сманить тигра с горы на равнину, чтобы обезвредить его.
б) Сманить тигра с горы, чтобы затем без усилий занять гору (и таким образом также победить тигра).
в) Ослабить тигра, отдалив его от важнейшего помощника.
г) Стратагема изоляции. Отрезать тигра от тех, кого он защищает, чтобы затем легко обезвредить их.

С Т Р А Т А Г Е М А № 16
Если хочешь что-нибудь поймать, сначала отпусти
юй
цинь
гу
цзун
хотеть
схватить
прежде,  сначала
отпустить
То, что ловишь, сначала отпусти.
Тому, что хочешь захватить, сначала дай уйти.
«Ци и ци фан» - «Обмануть кого-либо с помощью его же образа мыслей».
 Позволить противнику бежать не означает отпустить его. Нужно его преследовать, оставаясь на некотором отдалении от него.
Стратагема «кошки-мышки».
Стратагема непротивления.
 Стратагема завоевания сердец.
С Т Р А Т А Г Е М А № 17
Бросить кирпич, чтобы получить яшму
пао
чжуань
инь
юй
бросить
кирпич
получить
яшма
Бросить кирпич, чтобы получить взамен яшму;
отдать что-либо, не имеющее ценности, чтобы за это выманить что-либо ценное;
с помощью незначительного дара или благосклонности добиться значительного выигрыша;
отдать противной стороне что-либо ненужное ради того, чтобы позже получить что-либо значительно более существенное.
Argumentum ad populum — спектакль для публики (лат.).
"Снаряды в сахарной оболочке".
Стратагема обмена. Стратагема червяка и рыбки. Стратагема приманки.
Стратагема «Ворона и Лисица». Стратагема «Утолить жажду видом сливы»
С Т Р А Т А Г Е М А № 18
Чтобы обезвредить разбойничью шайку,
надо сначала поймать главаря
цинь
цзэй
цинь
ван
поймать
разбойники
поймать
главарь
Обезвредить предводителя или главный штаб организации противника, чтобы затем потратить значительно меньше сил на его разгром; сделать противника безвредным, устранив верхушку.
Стратагема захвата вождя — стратагема удара по голове.
Стратагема выключения — стратагема архимедовой точки.
«Когда дерево срубают, обезьяны с него разбегаются», "Таща за нитку, вытягивать петлю",
"Если бьешь змею, бей по голове", "Если ведешь быка, веди за кольцо в носу".
Словосочетание «цинь цзэй цинь ван» употребляется и как образное выражение в значении: в каждом деле надо начинать с главного.
С Т Р А Т А Г Е М А № 19
Вытаскивать хворост из-под очага
Не противодействуй открыто силе врага, но ослабляй постепенно его опору.
СТРАТАГЕМА № 20
Мутить воду, чтобы поймать рыбу
Воспользоваться скрытым разладом во вражеском стане, извлечь выгоду из его слабости и отсутствия постоянства.
СТРАТАГЕМА № 21
Золотая цикада сбрасывает чешую
Всегда сохраняй уверенный вид. Не допускай изъянов в своей позиции.
Так можно не позволить союзнику поддаться страхам и не дать противнику повода предпринять нападение.
СТРАТАГЕМА № 22
Запереть ворота, чтобы схватить вора
Если противник немногочислен, окружай его на месте и уничтожай
СТРАТАГЕМА № 23
Дружить с дальним и воевать с ближним
Когда мы стеснены в позиции и скованы в действиях, нужно извлекать выгоду из слабостей противника вблизи и избегать ведения войны против противника вдали.
СТРАТАГЕМА № 24
Потребовать проход через Го
чтобы напасть на него
Кто-то слабый зажат между двумя сильными врагами.
Противник угрожает подчинить его себе.
Я же под предлогом помощи слабому укрепляю свои позиции.
СТРАТАГЕМА № 25
Выкрасть балку и подменить колонны,
не передвигая дома
Вынуждать союзника постоянно менять свое построение.
Пользоваться беспорядком в его рядах, чтобы истощить его силы.
Дождаться, пока он потерпит поражение и самому стать победителем.
СТРАТАГЕМА № 26
Скрыть акацию и указать на тутовое дерево
Стратагема стрелочника.
Скрыть истинных виновников, истинные причины событий, указав на подставных или вымышленных лиц
СТРАТАГЕМА № 27
Притворяться глупцом,
не поддаваясь вожделениям
Лучше сделать вид, что ничего не знаешь и не хочешь ничего делать,
Чем делать вид, что владеешь знанием, и действовать безрассудно.
Тот, кто пребывает в покое, не раскрывает своих планов.
СТРАТАГЕМА № 28
Завести на крышу и убрать лестницу
Обмануть собственных воинов, обещав им легкую победу.
Толкать их вперед, отрезав им пути к отступлению и сделав их пленниками местности смерти.
СТРАТАГЕМА № 29
На сухом дереве развесить цветы
Привлечь к себе несколько отрядов союзника: небольшая сила может принести большой результат.
СТРАТАГЕМА № 30
Пересадить гостя на место хозяина
Нащупывать вход и продвигаться вперед, пока не достигнешь главенства
СТРАТАГЕМА № 31 
Стратагема "Красавица"
Если войско могучее, нападай на его командира. Если командир мудр, воздействуй на его чувства. Один из возможных вариантов - направь к нему красивую женщину. Или используй женщину, которая имеет влияние на командира.
Когда его воинский дух ослабнет, сила войска растает сама.
СТРАТАГЕМА № 32 
Стратагема открытых городских ворот
 
Представить ложное настоящим, а настоящее ложным.
Заставить противника увидеть ловушку там, где ее в действительности нет.
СТРАТАГЕМА № 33 
Стратагема се
яния раздора
"Разделяй и властвуй!"
Поддержав одного в борьбе против другого, ты делаешь его зависимым от себя
СТРАТАГЕМА № 34 
Стратагема самострела
Никогда и никто не хочет нанести себе рану. Если кто-то поранился - значит здесь нет подвоха.
Если ложь кажется настолько правдивой, что правда кажется ложью, хитрость удалась.
СТРАТАГЕМА № 35 
Стратагема цепи
Если войско противника слишком многочисленно и противостоять ему открыто нет возможности, нужно заставить его связать самого себя и так погубить свои силы.
Добиться, чтобы противник каким-то образом сковал сам себя и стал уязвимым для нападения.
СТРАТАГЕМА № 36 
Бегство (при безнадежной ситуации)
 - лучшая стратагема
Сохранять свои силы, избегая открытого противостоян


Комментариев нет:

Отправить комментарий