Бэкмология – это практика всесторонней комплексной поддержки рационального поведения. В ее состав входят модели, свод знаний, сбалансированный инструментарий поддержки принятия и реализации решений и объединяющая их методология.

Бэкмология включает пособие «Создание решений для деловых проблем», которое описывает строгий, детализированный и очень человечный процесс решения неструктурированных деловых проблем, и пособие «Защита собственной психики» – полное руководство по приемам психологического воздействия (атака, давление, манипуляция, обман, блеф, зомбирование и др.) и техникам эффективной защиты от него. Также Бэкмология представлена методиками рациоконтроллинга и психоконтроллинга.


Те, у кого есть свой бизнес, могут начать знакомство с Бэкмологией с сессии «Улучшение продаж». Это честная профессиональная работа, ориентированная на результат.


четверг, 2 июня 2011 г.

Конформизм



Поведение человека есть результат взаимодействия его внутренней природы и процесса социализации, в качестве составных элементов которого выступают другие индивиды. Можно сказать, что в социальном поведении человека проявляются генетические и биологические особенности, а также то, что он освоил в процессе воспитания и своего жизненного опыта. Поведение можно определить как реакцию человека на внутренние и внешние «раздражители», в числе которых могут быть как другие индивиды, так и различная опосредованная информация, затрагивающая интересы человека.

Для общества небезразлично, какими средствами, методами и действиями пользуется индивид (группа, общность), чтобы достичь своих целей. Поэтому общество воздействует на человека, чтобы его поступки соответствовали совокупности установленных законов, норм и правил. В основе такого воздействия лежит формирование поведения, установок, мнения и убеждений человека. Далее на протяжении всей своей жизни человек подвергается убеждению, внушению и манипулированию со стороны различных социальных групп.

Как и насколько социальные силы ограничивают наши мнения и убеждения? Этот вопрос особенно актуален в наши дни. Современная эпоха, наряду с невиданным техническим прогрессом в области коммуникации, привнесла в социальные отношения массовое сознательное манипулирование людьми. Чтобы противостоять манипуляции, необходимо четко понимать, как люди формируют свои взгляды и какую роль в этом играют социальные условия. В этой статье мы поговорим о влиянии на человека социальной среды.


Необходимым условием существования любой группы является служение определенной цели. Это подразумевает тесную взаимосвязь между единством цели внутри группы и ее успешностью в выполнении задач. Психологи, подводя итоги исследований в этой области, сделали вывод о том, что достижению групповых целей способствует высокая сплоченность. Члены группы, индивидуально или коллективно, могут оказывать давление на других в данной группе с целью подчинения их задачам, требующим безотлагательного решения.

Такие давления могут оказываться чрезвычайно эффективными, влияя не только на выбор индивидуумом задачи, но и на индивидуальные убеждения и даже на восприятие действительности. Было продемонстрировано, что индивидуумы могут подвергаться существенному влиянию в отношении широкого спектра персептивных суждений и оценок.

Групповое давление в группе выполняет следующие функции:

а) помогает группе достичь ее цели
б) помогает группе сохранить себя как целое
в) помогает членам группы выработать «реальность» для соотнесения с ней своих личных мнений
г) помогает членам группы определить свое отношение к социальному окружению, что обеспечивает адаптацию в социуме.

Почему же так трудно противостоять такому давлению? Известно, что в ходе групповой жизни возникают и закрепляются определенные групповые нормы и ценности, которые в той или иной степени должны разделять все участники. Групповые нормы – это определенные правила, выработанные группой, принятые ее большинством и регулирующие взаимоотношения между членами группы. Для обеспечения соблюдения этих норм всеми членами группы, вырабатывается также и система санкций. Санкции могут носить поощрительный или запретительный характер. В первом случае группа поощряет своих членов, исполняющих требования группы – повышается уровень их эмоционального принятия, растет статус, применяются другие психологические меры вознаграждения. Во втором случае группа в большей степени ориентирована на наказание тех членов группы, поведение которых не соответствует нормам. Это могут быть бойкот, снижение интенсивности общения с «провинившимся», понижение его статуса, исключение из структуры коммуникативных связей и др. Угроза социального отвержения или другого наказания может служить мощным подкреплением конформного поведения. Наиболее болезненны эти меры именно для подростков, в связи с возрастными особенностями.

Конформность (от поздне лат. conformis – «подобный», «сообразный») – податливость человека реальному или воображаемому давлению группы, проявляющаяся в изменении его поведения и установок в соответствии с первоначально не разделявшейся им позицией большинства.

Стремление к социальному одобрению настолько глубоко укоренилось у большинства людей, что они скорее с готовностью подчинятся ожиданиям других, чем рискнут вызвать их неодобрение. Потребность индивидуума в принятии других в группе может быть такой сильной, что будет распространяться на совершенно незнакомых людей.

Исследования феномена конформности привели к выводу о том, что давление на индивида может оказывать не только большинство группы, но и меньшинство. В соответствии с этим стали выделять два вида группового влияния: нормативное (давление оказывает большинство, и его мнение воспринимается членом группы как норма) и информационное (давление оказывает меньшинство, и член группы рассматривает его лишь как информацию, на основе которой он должен сам осуществить свой выбор).


ПОНЯТИЕ КОНФОРМИЗМА

Конформизм (от поздне лат. conformis – «подобный», «сообразный») – пассивное, некритичное принятие господствующего порядка, норм, ценностей, традиций, законов и т.д. Проявляется в изменении поведения и установок в соответствии с изменением позиции большинства или самого большинства. Выделяют внешний конформизм, внутренний конформизм. Нонконформизм можно рассматривать как конформизм к нормам и ценностям меньшинства.

Главная ценность конформистского типа – это чувство общности с социальной средой. Будь то родная деревня, нация, класс или просто круг знакомых, именно социальная группа является для такой личности источником нравственных норм и представлений. Если в окружении укоренились высокие требования к поведению, человек вырастает прекрасно воспитанным. Может быть, даже с излишней строгостью.

Мало того, что личность здесь социально ориентирована, ее устремления носят коллективистский характер, а не индивидуалистический, как у «потребителя». Личному счастью предпочитается всеобщее согласие, приспособление к господствующим ценностям считается лучшим путем нравственного совершенствования, а главный мотив поведения – быть, как все. А потому, раз последующие поколения поступают, как и предыдущие, складываются мощные традиции, которые придают устойчивость нравам.

«Конформистский» тип нравственной личности в равной степени может сложиться и в среде дворянства, и в среде крестьянства, и в любой другой среде. В плане сознания эта личность пассивна, ибо все нормы выработаны давным-давно. Но при внутренней пассивности критерием нравственности здесь являются поступки. Поведение предписано обычаем, грань между моральным и привычным может почти стираться. Поведение приличное становится синонимом хорошего, а нравственная непохожесть изгоняется. Если «потребительский» тип наивно верит, что все люди одинаковы, то «конформистский» хочет, чтобы все были одинаковы – похожи на него. Отсюда – нетерпимость к другим моральным системам, но достаточная снисходительность к нарушителю внутри своей среды. Если только он нарушает правила, но не отвергает сами нормы. Грешник может раскаяться и вновь будет принят «в лоно».

Итак, основная нравственная ценность конформистского типа – это коллективное счастье. Такая социальная ориентация предполагает любовь к традициям, приспособление к ним, желание поступать «как все», ориентацию на дела в сочетании с непоколебимой верой в основы нравственности.

Само слово «конформизм» имеет в обычном языке совершенно определенное содержание и означает «приспособленчество». На уровне обыденного сознания феномен конформизма давно зафиксирован в сказке Андерсена о голом короле. Поэтому в повседневной речи понятие приобретает некоторый негативный оттенок, что крайне вредит исследованиям, особенно если они ведутся на прикладном уровне. Дело усугубляется еще и тем, что понятие «конформизм» приобрело специфический негативный оттенок в политике как символ соглашательства и примиренчества.

Чтобы как-то развести эти различные значения, в социально-психологической литературе чаще говорят не о конформизме, а о конформности или конформном поведении, имея в виду чисто психологическую характеристику позиции индивида относительно позиции группы, принятие или отвержение им определенного стандарта, мнения, свойственного группе, меру подчинения индивида групповому давлению.

В работах последних лет часто употребляется термин «социальное влияние». Противоположными конформности понятиями являются понятия «независимость», «самостоятельность позиции», «устойчивость к групповому давлению» и т.п. Напротив, сходными понятиями могут быть понятия «единообразие», «условность», хотя в них содержится и иной оттенок. Единообразие, например, тоже означает принятие определенных стандартов, но принятие, осуществляемое не в результате давления.


Явление конформизма было открыто американским психологом Соломоном Ашем в 1951г. В его знаменитых экспериментах с подставной группой перед испытуемыми ставилась задача сравнения и оценки длины линий, изображенных на предъявляемых карточках. В контрольных опытах при индивидуальном выполнении задания сравнение не вызывало у испытуемых каких-либо трудностей.

В ходе эксперимента все участники, кроме одного («наивного субъекта»), по предварительной договоренности с экспериментатором давали заведомо неправильный ответ. «Наивный субъект» не знал о сговоре и выполнял задание последним. В экспериментах С. Аша было обнаружено, что около 30% испытуемых давали вслед за группой ошибочные ответы, т.е. демонстрировали конформное поведение. После окончания экспериментов с его участниками проводилось интервью с целью выяснения их субъективных переживаний. Большинство опрошенных отмечали значительное психологическое давление, которое оказывает мнение большинства группы.

Результаты работы Эша чрезвычайно важны для психологии в следующих двух аспектах. Во-первых, они продемонстрировали реальную силу социального давления, причем впервые это было сделано так четко и научно обоснованно. Во-вторых, его работа породила целую волну исследований, которые не прекращаются по сей день.

В дальнейшем эксперименты с подставной группой неоднократно воспроизводились в различных модификациях (Р. Крачфилд, 1955). При этом было обнаружено, что за внешне сходным «конформным» поведением могут скрываться принципиально различные по психологическим механизмам его варианты. Одни из испытуемых, давших неправильный ответ, были искренне убеждены в том, что решили задачу правильно. Такое поведение можно объяснить эффектом группового внушения, при котором воздействие группы происходит на неосознаваемом уровне. Другие испытуемые отмечали, что они были не согласны с мнением группы, но не хотели открыто высказывать свое мнение, чтобы не вступать в открытую конфронтацию. В данном случае можно говорить о внешнем конформизме или приспособлении. Наконец, представители третьей группы «конформистов» говорили о том, что у них возникал сильный внутренний конфликт, связанный с расхождением своею мнения и мнения группы, но они делали выбор в пользу группы и были убеждены в правильности группового мнения. Этот тип поведения впоследствии стал обозначаться как внутренняя конформность или собственно конформность.

Конформность констатируется, когда фиксируется наличие конфликта между мнением индивида и мнением группы и преодоление этого конфликта идет в пользу группы. Мера конформности – это мера подчинения группе в том случае, когда противопоставление мнений субъективно воспринималось индивидом как конфликт. Различают внешнюю конформность, когда мнение группы принимается индивидом лишь внешне, а на деле он продолжает ему сопротивляться, и внутреннюю (иногда именно это и называется подлинным конформизмом), когда индивид действительно усваивает мнение большинства. Внутренняя конформность и есть результат преодоления конфликта с группой в ее пользу.

К настоящему времени исследования по конформизму далеко вышли за рамки простого описания экспериментально полученных фактов, занимая промежуточное положение на стыке трех наук: психологии личности, социальной психологии и социологии.

В опытах Аша многие исследователи увидели отражение тех конфликтов и противоречий, которые существуют в отношениях между людьми в современном капиталистическом обществе. Они исходят из определенной концепции, согласно которой общество подразделяется на две резко противоположные группы людей: конформистов и неконформистов («нонконформистов»). Некоторые утверждают, что тенденция к конформности – фундаментальное свойство личности. Конформизм объявляется неизбежным результатом развития общества. Наш век может быть назван веком конформизма. Есть свидетельства, что современные культуры различаются по степени внедрения склонности к конформности своим членам.

Мы имеем здесь упрощенное разделение людей на две категории, причем в одном случае абсолютизируется подчинение людей диктату общества, в другом – превращается в абсолют эмансипация человека от общества.

Анализируя труды ученых-психологов и социологов, можно прийти к выводу, что именно неконформисты (как их описывают авторы) отличаются устойчивостью личности: они характеризуются самостоятельностью, эмансипированностью во взглядах, суждениях, поступках от окружающей их общественной среды. Однако устойчивость личности неконформистов, мягко выражаясь, является своеобразной, ибо неконформисты противостоят обществу, которое враждебно им и стремится путем давления на неконформную личность привести ее «к общему знаменателю» – сделав такой же, как все остальные. Едва ли справедливо говорить об устойчивости личности, «свободной от общества», об устойчивости, так сказать, «робинзоновского толка».


Таким образом, можно сделать вывод, что конформизм – это морально-политический термин, обозначающий приспособленчество, пассивное принятие существующего порядка вещей, законов, господствующих мнений и т.д. Конформизм означает отсутствие собственной позиции, беспринципное и некритическое следование любому образцу, обладающему наибольшей силой давления (мнение большинства, признанный авторитет, традиция).

В психологии конформизм представляет собой податливость личности реальному или воображаемому давлению группы. Конформизм проявляется в изменении поведения и установок в соответствии с ранее не разделяемой позицией большинства.

В то же время в социологии выделяют отдельное определение социального конформизма, согласно которому социальный конформизм представляет собой некритическое принятие и следование господствующим мнениям, стандартам и стереотипам массового сознания, традициям, авторитетам, принципам, установкам.

К положительным чертам конформизма относят:

  • формирование единства в кризисных ситуациях позволяющего организации выжить в сложных условиях;
  • упрощение организации совместной деятельности за счет отсутствия раздумий по поводу поведения в стандартных обстоятельствах и получения инструкций по поведению в нестандартных обстоятельствах;
  • уменьшается время адаптации человека в коллективе;
  • социальная группа приобретает единое лицо.

В то же время явлению конформизма сопутствуют и отрицательные черты. Среди них можно выделить следующие:

  • беспрекословное следование человека нормам и правилам большинства приводит к потере способности принимать самостоятельные решения и самостоятельно ориентироваться в новых и непривычных условиях;
  • конформизм часто служит нравственно-психологическим фундаментом тоталитарных сект и тоталитарных государств;
  • конформизм создает условия и предпосылки для осуществления массовых убийств и геноцида, так как индивидуальные участники таких акций часто не в состоянии подвергнуть сомнению их целесообразность или соответствие общечеловеческим моральным принципам;
  • конформизм часто превращается в питательную среду для всякого рода предрассудков и предубеждений против меньшинств;
  • конформизм значительно уменьшает способность человека сделать весомый вклад в культуру или науку так как убивает в нём способность оригинально и творчески мыслить.

Степень конформизма индивида зависит от ряда обстоятельств:

  • характера межличностных отношений (дружественных или конфликтных);
  • необходимости и возможности принимать самостоятельные решения;
  • размера коллектива (чем он многочисленнее, тем сильнее конформизм);
  • наличия сплоченной группы, оказывающей влияние на остальных членов коллектива;
  • сложившейся ситуации или решаемой проблемы (сложные вопросы могут решаться коллективно);
  • статуса человека в группе (чем выше статус, тем меньше проявление конформизма).


ПРИЧИНЫ КОНФОРМНОГО ПОВЕДЕНИЯ


Социальный конформист – это человек, член общества, который вопреки своим взглядам, мыслям, знаниям, под воздействием мнения большинства членов группы принимает это мнение истинно верным и соглашается принять его.

Иными словами конформист – это человек, привыкший всем беспрекословно подчиняться. У него нет ни собственного мнения, ни собственных убеждений, ни собственного «Я». Если у него есть друг, то он во всем подчиняется ему. Если он находится в группе людей, то во всем подчиняется ее требованиям. Конформист – это тип социального приспособленца.

Конформизм играет особое значение в деятельности членов организации, так как способность людей принимать установленные порядки влияет на их способность приживаться в коллективе, на скорость включаться в работу. При этом следует отметить, что в основе конформизма лежит групповое единомыслие, предполагающее подавление индивидуальности человека, его собственных взглядов с целью поддержки общего мнения.

Конформизм членов коллектива может формироваться под воздействием сложившихся норм поведения (неписаных правил о том, что и как следует делать или не делать), нарушение которых строго наказывается.

Отношение различных людей к конформизму неодинаково. Так, одни принимают нормы поведения безоговорочно и стремятся их неукоснительно исполнять, вторые исполняют их только ради сохранения расположения коллектива (собственно конформисты), третьи принимают их на внутреннем уровне но не следуют им внешне, четвертые не принимают их внутренне и не следуют им на практике (так называемые индивидуалисты). От последних коллектив стремится избавиться всеми силами, но их профессиональные знания могут быть очень полезны для общества в целом.

В любом коллективе существует система социального контроля, которая в целом поддерживает конформизм на необходимом уровне. В данную систему входят такие меры воздействия на сотрудников, как убеждения, предписания, запрещения, признание заслуг и т.д. Благодаря данным мерам поведение членов общества приводится в соответствие с общепринятым.

От конформизма следует отличать другие проявления единообразия во взглядах, мнениях, суждениях, которые формируются в процессе социализации, а также изменение взглядов под влиянием убедительной аргументации. Конформизм – это принятие индивидом определенного мнения «под нажимом», под давлением общества или группы. Оно обусловлено главным образом боязнью санкций или нежеланием остаться в изоляции.

Экспериментальное изучение конформистского поведения в группе показало, что примерно треть людей проявляет такое поведение, т.е. склонна подчинить свое поведение мнению группы. Причем, как установлено, влияние группы на индивида зависит от таких факторов, как размер группы (максимальное влияние – в группе, состоящей из трех человек), групповая согласованность (при наличии хотя бы одного «инакомыслящего» эффект группового давления снижается). Склонность к конформизму зависит также от возраста (с возрастом снижается), от пола (женщины в среднем несколько более конформны).

На степень выраженности конформизма оказывают влияние следующие факторы: пол индивида (женщины в целом более конформны, чем мужчины), возраст (конформное поведение чаще проявляется в молодом и старческом возрасте), социальный статус (люди с более высоким статусом менее подвержены групповому давлению), психическое и физическое состояние (плохое самочувствие, усталость, психическая напряженность усиливают проявление конформности). 

Исследования показали, что степень конформности зависит от численности группы. Вероятность конформности возрастает с увеличением численности группы и достигает максимума в присутствии 5-8 человек. Конформизм как явление следует отличать от конформности как личностного качества, которое проявляется в тенденции демонстрировать сильную зависимость от группового давления в различных ситуациях. Ситуационный конформизм, напротив, связан с проявлением высокой зависимости от группы в конкретных ситуациях. Конформизм тесно связан со значимостью ситуации, в которой осуществляется воздействие группы на индивида, и со значимостью (референтностью) группы для индивида и степенью групповой сплоченности. Чем выше степень выраженности этих характеристик, тем выраженнее эффект группового давления.


ОСНОВНЫЕ ВИДЫ КОНФОРМИСТОВ


Основываясь на результатах исследований, проведенных многочисленными психологами-социологами можно прийти к выводу, что к проявлению различного рода конформизмы склонны более 30% членов общества. При этом такое явление не является у всех одинаковым и зависит от разного рода факторов. Одним из самых основных факторов, влияющих на уровень проявляющегося конформизма у отдельного человека является характер его личности, склонность к изменению своего мнения под воздействием (давлением) мнения большинства.

Опираясь на такое утверждение можно выделить несколько групп социальных конформистов. При этом в основу деления их на группы была положена их склонность к изменению своего мнения под давлением мнения большинства и характер последующего поведения индивида.

Первую группу социальных конформистов составили ситуационные конформисты. Представители данной группы отличаются от других членов общества проявлением наиболее высокой зависимости от группы в конкретных ситуациях. Эти люди практически всегда, на протяжении всей жизни следуют мнению большинства. У них напрочь отсутствует собственное мнение об окружающем мире. Такими людьми очень легко руководить, подчинять их своей воле, даже если она будет входить в прямой острейший конфликт с его собственной. Эти люди с точки зрения развития общества представляют наиболее опасный его контингент, ибо своей приспосабливаемостью очень часто способствуют продвижению в жизнь крайне негативных явлений – геноцид, тирания, ущемление прав и т.д.

Вторую группу представляют внутренние конформисты, то есть такие люди, которые в случае конфликта своего мнения с мнением большинства принимает его сторону и внутренне усваивает это мнение, то есть становится одним из членов большинства. Здесь следует сказать, что такой вид конформизма и есть результат преодоления конфликта с группой в пользу группы. Такие люди также как и представители первой группы крайне опасны для общества, которое при наличии большого количества таких представителей деградирует, превращается в сообщество рабов, готовых безвольно выполнять все указания, приказы, не задумываясь подчиняться мнению сильных людей. Представители этих двух типов конформистов – находка для человека-лидера, который за короткое время сможет раз и навсегда подчинить их своей воле.

Третья группа социальных конформистов – внешние конформисты, которые принимают мнение большинство лишь внешне, а на деле он продолжает ему сопротивляться. Такие люди действительно имеют свое мнение, однако вследствие своей слабохарактерности и трусости неспособны отстаивать его в группе. Они способны внешне согласиться с неправильны, по их взгляду, мнением с целью предотвращения конфликтной ситуации. Такие люди заявляют, что согласились с неправильным мнением чтобы не противопоставлять себя большинству, не быть изгоем.

Четвертый тип конформистов составляют негативисты (конформисты наизнанку). В исследованиях конформности обнаружилась еще одна возможная позиция, которую оказалось доступным зафиксировать на экспериментальном уровне. Это – позиция негативизма. Когда группа оказывает давление на индивида, а он во всем сопротивляется этому давлению, демонстрируя на первый взгляд крайне независимую позицию, во что бы то ни стало отрицая все стандарты группы, то это и есть случай негативизма. Лишь на первый взгляд негативизм выглядит как крайняя форма отрицания конформности. В действительности, как это было показано во многих исследованиях, негативизм не есть подлинная независимость. Напротив, можно сказать, что это есть специфический случай конформности, так сказать, «конформность наизнанку»: если индивид ставит своей целью любой ценой противостоять мнению группы, то он фактически вновь зависит от группы, ибо ему приходится активно продуцировать антигрупповое поведение, антигрупповую позицию или норму, т.е. быть привязанным к групповому мнению, но лишь с обратным знаком (многочисленные примеры негативизма демонстрирует, например, поведение подростков). Такие люди крайне опасны для общества, поскольку в любом случае не признают общественных ценностей, открыто вступают в конфликт с обществом даже тогда, когда понимают, что их позиция не верна. При этом, интересен тот факт, что даже если поменять мнение большинства и привести его в соответствие с позицией негативистов, последние в свою очередь все равно поменяют свое мнение, поскольку все-таки находятся под влиянием мнения большинства.

Позицией, противостоящей конформности, является не негативизм, а самостоятельность, независимость.

Всем перечисленным типам конформистов противостоят нонконформисты, которые в любой ситуации, даже под сильным и направленным влиянием большинства остаются при своем мнении, принимают меры по отстаиванию своих позиций. Такие люди отличаются самостоятельностью, независимостью, вследствие чего являются скорее изгоями общества, которое всеми силами стремится поглотить их, сломить их сопротивление и подчинить своей воле. Часто именно нонконформисты оказываются той движущей силой, которая толкает общество по пути развития, усвоения истинных общественных ценностей, открывают для него новые возможности.


Роль культуры в склонности людей к конформному поведению


В социальной психологии изучаются не только определяемые культурой регуляторы социотипического поведения, но и регуляторы поведения другого уровня – приспособительные механизмы, используемые прежде всего при межличностных отношениях в малой группе: способы разрешения конфликтов, помогающее поведение, конформность и т.п. В настоящее время имеется множество данных о том, что и они в той или иной степени обусловлены культурой. Попытаемся проанализировать, как влияет культура на конформность, «имея в виду чисто психологическую характеристику позиции индивида относительно позиции группы, ...меру подчинения индивида групповому давлению»

На протяжении довольно длительного времени конформность не только рассматривалась в качестве фундаментального процесса групповой динамики, но и ее уровень, выявленный Ашем, считался универсальным, не зависящим от культуры. Действительно, при повторении экспериментов в разные годы и во многих странах – Великобритании, Бельгии, Нидерландах, Португалии, Франции, Ливане, Гонконге, Кувейте, Заире – уровень конформности был близок к обнаруженному в США. Но столь же длинным оказывается и список стран, в которых испытуемые демонстрировали более высокий (Зимбабве, Гана, Фиджи, Китай), более низкий (Германия, Япония) и даже нулевой (Канада, та же Великобритания) уровень конформных реакций.

Даже в США по мере накопления данных исследователи столкнулись с множеством противоречивых результатов. Так, одни авторы доказывали, что для периода с 1974 по 1988 г. характерны значительные колебания в уровне конформности американцев, отражающие социально-политические изменения и сопутствующие им периоды подъема и спада протестной активности основных испытуемых – студентов. Другие социальные психологи утверждали, что американцы постепенно становятся все более конформными, иными словами, соглашались с идеей Д. Рисмена об увеличении в современных постиндустриальных обществах числа индивидов, «ориентированных на других». А результаты недавнего мета-анализа исследований, проведенных в США и использовавших экспериментальную процедуру Аша, свидетельствуют о неуклонном снижении уровня конформности в этой стране в период с 1952 по 1994 г.

Противоречивость данных свидетельствует о том, что якобы универсальный уровень конформных реакций является, по меткому замечанию британских исследователей С. Перрина и К. Спенсера, «дитем своего времени», отразившим эпоху маккартизма и «охоты за ведьмами» начала 50-х гг. в США.

Исследование самих британских психологов, повторивших эксперимент в конце 70-х гг., со всей очевидностью показало, что результаты Аша являются дитем не только своего времени, но и «дитем своей культуры». В их эксперименте обычные британские студенты продемонстрировали полное отсутствие конформности, но у выходцев из Вест-Индии был зафиксирован достаточно высокий ее уровень, авторы – социальные психологи – предположили, что в ответах членов этнического меньшинства проявилась тенденция к поддержанию группового единства.

Но с точки зрения этнопсихолога высокий уровень конформных реакций выходцев из Вест-Индии можно объяснить и влиянием культурных традиций. В культурах Запада с их акцентом на самовыражение и отстаивание своего мнения конформность обычно ассоциируется с покорностью и уступчивостью и считается однозначно отрицательным явлением. Но в культурах, где высоко ценится гармония межличностных отношений, податливость мнению большинства может интерпретироваться как тактичность и социальная сензитивность, «как в высшей степени положительное и желательное явление, социальная ценность и норма» .

И действительно, в исследованиях не раз подтверждалось, что представители одних народов – индонезийцы, китайцы, японцы – одобряли конформность, покорность и уступчивость больше, чем представители других – американцы, англичане и итальянцы. Из этого можно сделать только один вывод – конформность является продуктом социализации и ин-культурации, от особенностей которых зависит ее уровень. Так, необычайно высокий уровень конформности (51%) был выявлен у африканских племен банту, чьи методы социализации отличаются необыкновенной суровостью.

Можно предположить, что конформные реакции проявляются с разной степенью интенсивности в зависимости от того, делается ли в культуре акцент на воспитании самоутверждения или уступчивости. Именно эту гипотезу проверял в семнадцати культурах Дж. Берри. По его мнению, культуры охотников и собирателей – общества с малыми запасами пищи, которые воспитывают в детях необходимые для выживания стремление к самоутверждению, креативность и исследовательский дух, – оказывают меньшее давление на личность, что приводит к меньшей конформности. А в сплоченных, стратифицированных сельскохозяйственных культурах – обществах с большими запасами пищи – социализация направлена на то, чтобы воспитать послушного, уступчивого ребенка, и функционален высокий уровень конформности.

Используя модификацию методики Аша, Берри сумел подтвердить данную гипотезу, обнаружив более высокий уровень конформности в культурах земледельцев и скотоводов, в частности у племени темпе в Сьерре-Леоне, и более низкий – у охотников и собирателей, например у эскимосов. Причины высокой конформности Берри видит в особенностях окружающей среды, которая делает ее функциональной, и в паттернах социализации, поощряющих конформное – функциональное в определенной экологии – поведение.

Хотя результаты исследований Берри являются ярким свидетельством того, что конформное поведение подвержено влиянию культурных норм и ценностей, направляющих отношения между членами группы, рамки его концепции ограничены традиционными культурами, относительно свободными от внешнего влияния. Когда Берри внутри культур сравнивал более «традиционные» и более европеизированные выборки испытуемых, вкусивших плоды западного образования, урбанизации и т.п., он обнаруживал, что знакомство с ценностями западной культуры ведет к меньшей вариативности уровня конформности между культурами.

Британские исследователи Р. Бонд и П. Смит, осуществившие мета-анализ исследований конформности за период 1952-1994 гг., предприняли попытку рассмотреть связь уровня конформности с культурными ценностями в более широком контексте. Всего в публикациях и диссертациях ими было обнаружено 68 отчетов о 133 исследованиях, авторы которых до мельчайших подробностей повторяли экспериментальную процедуру Аша по определению длины линий.

Считая, как и многие другие исследователи, наиболее важными измерениями культуры индивидуализм и коллективизм, Бонд и Смит рассматривали их в качестве регуляторов поведения, влияющих на степень конформности. Сравнение уровней конформности и индивидуализма/коллективизма в семнадцати странах мира подтвердило гипотезу авторов, согласно которой в коллективистических культурах конформность выше, чем в индивидуалистических. Это позволило британским психологам утверждать, что причины более высокого уровня конформности коллективистов связаны, во-первых, с тем, что они придают большее значение коллективным целям и больше беспокоятся о том, как их поведение выглядит в глазах других и влияет на этих других, а во вторых, с тем, что в коллективистических обществах в воспитании детей делается акцент на послушании и хорошем поведении.

Хотя в экспериментах Бонда и Смита были получены другие данные, конформные реакции продемонстрировали менее 20% японских испытуемых.
Эти результаты удивили самих исследователей, предполагавших выявить высокий уровень конформности в Японии, коллективизм культуры которой не вызывает сомнений. Но следует иметь в виду, что существуют межкультурные различия в готовности индивидов рассматривать других людей в качестве членов значимой референтной группы. В коллективистических культурах люди не поддаются давлению любой группы. Они имеют тенденцию приспосабливаться к мнениям членов своей группы, но по отношению к членам чужих групп их поведение может оказаться даже менее кооперативным, чем поведение представителей индивидуалистических культур. Для японцев чужие люди, дающие неправильные ответы, едва ли могут рассматриваться как «своя группа», а иностранцы в качестве экспериментаторов делают положение вещей еще более неестественным. Поэтому нет ничего удивительного в том, что 20% японских испытуемых описываемого исследования продемонстрировали антиконформные реакции – они дали неправильные ответы в тех случаях, когда большинство подставных участников эксперимента отвечали правильно.


Общие факторы, влияющие на конформное поведение индивида в группе


При внутренней конформности индивид сохраняет принятое групповое мнение и тогда, когда давление прекратилось. Исследования показали, что эффект внушения, направленного на члена коллектива, намного превосходит воздействие на относительно изолированную личность. Объясняется это тем, что при внушении в коллективе на личность действует каждый член коллектива, т.е. имеет место множественное взаимовнушение. При этом большое значение имеет численный состав группы. Если на субъекта воздействуют два-три человека, эффект группового давления почти не проявляется; если три-четыре человека – эффект проявляется, однако дальнейшее увеличение численности группы не приводит к увеличению конформности. Кроме того, имеет значение единодушие группы. Поддержка субъекта даже одним членом группы резко повышает сопротивляемость групповому давлению, а иногда и сводит его на нет.

Члены группы, испытывающие привязанность к ней, легче поддаются ее влиянию. Имеет значение статус высказывающего суждение: чем он выше, тем большее оказывается влияние, а также в каких условиях проявляется конформизм: люди проявляют больший конформизм тогда, когда должны отвечать публично, в присутствии других людей, чем когда они отвечают письменно, зная, что никто, кроме экспериментатора, этот ответ не прочтет.

Важно также, сделал человек предварительное заявление или нет. Как правило, люди не отказываются от своего публично высказанного мнения, если их после высказывания убеждают в его ошибочности. Именно поэтому бесполезно апеллировать к спортивному судье по поводу неправильно принятого им решения или к экзаменатору по поводу «несправедливо» выставленной отметки. Самое большее, на что можно рассчитывать, – это изменить его по прошествии какого-то времени. Поэтому часто футбольный судья, допустивший ошибку в первом тайме, начинает ее «исправлять» во втором тайме, т.е. судить в пользу другой команды.

При выраженном конформизме увеличивается решительность человека при принятии решения и формировании намерений, но при этом уменьшается чувство его индивидуальной ответственности за поступок, совершенный вместе с другими. Особенно это проявляется в недостаточно зрелых в социальном плане группах.

Требуют дальнейшего обсуждения эксперименты по конформизму, в связи с тем, что сама модель возможных вариантов поведения, принимаемая Ашем, весьма упрощена, так как в ней фигурируют лишь два типа поведения: конформное и неконформное. Но такая модель допустима лишь в лабораторной группе, которая является «диффузной», не сплоченной значимыми характеристиками совместной деятельности. В реальных же ситуациях такой деятельности может возникнуть третий, вообще не описанный Ашем тип поведения. Он не будет простым соединением черт конформного и неконформного поведения (такой результат возможен и в лабораторной группе), но будет демонстрировать сознательное признание личностью норм и стандартов группы. Поэтому в действительности существуют не два, а три типа поведения:

1) внутригрупповая внушаемость, т.е. бесконфликтное принятие мнения группы;
2) конформность – осознанное внешнее согласие при внутреннем расхождении;
3) коллективизм, или коллективистическое самоопределение, – относительное единообразие поведения в результате сознательной солидарности личности с оценками и задачами коллектива.

Хотя проблема коллективизма – специальная проблема, в данном контексте необходимо подчеркнуть, что феномен группового давления как один из механизмов формирования малой группы (точнее, вхождения индивида в группу) неизбежно останется формальной характеристикой групповой жизни до тех пор, пока при его выявлении не будут учтены содержательные характеристики групповой деятельности, задающие особый тип отношений между членами группы. Что же касается традиционных экспериментов по выявлению конформности, то они сохраняют значение как эксперименты, позволяющие констатировать наличие самого феномена.


3.2 Давление в группе

Исследования феномена конформности привели к выводу о том, что давление на индивида может оказывать не только большинство группы, но и меньшинство.

Были выделены два вида группового влияния: нормативное (когда давление оказывает большинство, и его мнение воспринимается членом группы как норма) и информационное (когда давление оказывает меньшинство, и член группы рассматривает его мнение лишь как информацию, на основе которой он должен сам осуществить свой выбор).

 Чтобы определить, как влияет мнение меньшинства на группу, проведено много опытов. Некоторое время преобладало мнение, что индивид в основном поддается давлению группы. Но некоторые опыты показали, что исследуемые, имеющие высокий статус, мало меняют свое мнение, и групповая норма отклоняется в их сторону.

Если исследуемые в конфликтной ситуации находят социальную поддержку, их настойчивость и уверенность в отстаивании своих идей увеличивается. Важно, чтобы индивид, отстаивая свою точку зрения, знал, что он не один.

Вопреки функционалистической модели группового влияния, интерационистическая модель строиться с учетом того, что в группе под влиянием внешних социальных перемен соотношение сил постоянно меняется, и меньшинство может выступить в группе проводником этих внешних социальных влияний. В связи с этим выравнивается ассиметричность отношений «меньшинство - большинство».

Термин меньшинство в исследованиях используется в буквальном его смысле. Это та часть группы, которая имеет меньше возможности влияния. Но если численное меньшинство сумеет навязать свою точку зрения другим членам группы, то сможет стать большинством. Для влияния на группу, меньшинство должно руководствоваться следующими условиями: последовательность, стойкость поведения, единство членов меньшинства в конкретный момент и сохранность, повторение позиции во времени. Последовательность поведения меньшинства производит заметное влияние, поскольку сам факт стойкости оппозиции подрывает согласие в группе. Меньшинство, во-первых, предлагает норму, противоположную норме большинства; во-вторых, она нарочно демонстрирует, что групповое мнение не является абсолютным.
Чтобы ответить на вопрос, какой тактики должно придерживаться меньшинство и сохранить свое влияние, Г.Мюньи провел эксперимент, общая идея которого состоит в следующем: когда речь идет о ценностной ориентации, группа делиться на большое количество подгрупп со своими разнообразными позициями. Участники подгрупп ориентируются не только на эту группу, а и на другие группы, к которым они относятся (социальные, профессиональные).

Для достижения компромисса в группе определенное значение имеет стиль поведения ее членов, разделяющийся на ригидный и гибкий стиль. Ригидный – это бескомпромиссный и категорический, схематический и суровый по высказываниям. Такой стиль может привести к ухудшению позиции меньшинства. Гибкий – мягкий в формулировках, в нем проявляется уважение к мнению других, готовность к компромиссам и он является более эффективным. При избрании стиля необходимо принимать во внимание конкретную ситуацию и задачи, которые необходимо решить. Таким образом, меньшинство, используя различные методы, может значительно увеличить свою роль в группе и приблизиться к поставленной цели.

Процессы влияния большинства и меньшинства отличаются формой своего проявления. Большинство проявляет сильное влияние на принятие решения его позиций индивидом, но при этом круг возможный альтернатив для него ограничивается предлагаемых большинством. В этой ситуации индивид не ищет других решений, возможно более правильных. Влияние меньшинства происходит менее сильно, но при этом стимулируется поиск различных точек зрения, дающих возможность к проявлению разнообразных оригинальных решений и повышает их эффективность. Влияние меньшинства вызывает большую концентрацию, познавательную активность членов группы. При влиянии меньшинства во время расхождения взглядов, возникающая стрессовая ситуация сглаживается за счет поисков оптимального решения.

Важным условием влияния меньшинства является последовательность его поведения, уверенность в правильности своей позиции, логической аргументации. Восприятие и принятие точки зрения меньшинства происходит значительно медленнее и трудней, чем у большинства. В наше время переход от большинства к меньшинству и наоборот, происходит очень быстро, поэтому анализ влияния меньшинства и большинства более полно открывает особенности группового динамизма.


Доверие – недоверие к источнику информации


Эффективность некоторых форм воздействия на человека (убеждение, совет, похвала, слухи) зависит от того, доверяет он или нет источнику воздействия. Большинство исследователей определяют доверие как уверенно позитивные или оптимистические ожидания относительно поведения другого, а недоверие – как уверенно негативные ожидания. Доверие и недоверие проявляются при открытости человека в ситуации неопределенности, уязвимости. Рядом авторов доверие и недоверие рассматриваются как противоположные, взаимоисключающие и, следовательно, взаимосвязанные социально-психологические феномены, другие же доказывают, что доверие и недоверие независимы друг от друга.

Связано это с тем, что еще недостаточно изучены характеристики личности источника информации, склоняющие людей доверять или не доверять ему. Определяющими характеристиками человека, вызывающего или не вызывающего доверие, являются нравственность – безнравственность, надежность – ненадежность, открытость – скрытность, ум – глупость, независимость – зависимость, неконфликтность – конфликтность. Кроме того, для доверия человеку важными являются такие его характеристики, как оптимизм, смелость, активность, образованность, находчивость, вежливость, близость мировоззрения, интересов и жизненных целей. Для возникновения недоверия важны агрессивность, болтливость, принадлежность к враждебной социальной группе, конкурентность, невежливость.

Большинство позитивных характеристик наиболее значимы для доверия близкому человеку, а негативные характеристики – для недоверия незнакомому человеку. Некоторые характеристики одними и теми же респондентами рассматриваются как критерии доверия для близких людей и как критерии недоверия для малознакомых и чужих. Это зависит от индивидуальных, групповых и ситуативных особенностей отношения к данным характеристикам оцениваемого человека.

Основными функциями доверия являются познание, обмен и обеспечение взаимодействия, а основными функциями недоверия – самосохранение и обособление. Это значит, что в случае доверия человек рассчитывает на получение какого-то блага (установление сотрудничества, получение ценной информации), а в случае недоверия он оценивает негативные последствия взаимодействия и использует недоверие как защиту от этих последствий.


Референтные группы


В зависимости от значимости для человека норм и правил, принятых в группе, выделяются референтные группы и группы членства. Для каждого индивида группа может рассматриваться с точки зрения его ориентации на групповые нормы и ценности. Референтная группа – это группа, на которую ориентируется человек, чьи ценности, идеалы и нормы поведения он разделяет. Иногда референтная группа определяется как группа, в которой человек стремиться быть, или сохранить членство. Референтная группа оказывает существенное влияние на формирование личности, ее поведение в группе. Это объясняется тем, что принятые в группе стандарты поведения, установки, ценности выступают для индивида в качестве неких образцов, на которые он опирается в своих решениях и оценках. Референтная группа для индивида может быть положительной, если она побуждает быть принятым в нее, или хотя бы добиться отношения к себе, как члену группы. Негативная референтная группа – это группа, которая побуждает индивида выступать против нее, или с которой он не хочет иметь отношений как член группы. Нормативная референтная группа является источником норм поведения, установок ценностных ориентаций для индивида. Часто встречаются случаи, когда человек выбирает за нормативную не реальную группу, где он учиться и работает, а воображаемую группу, делающуюся для него референтной. Существует несколько факторов, определяющих эту ситуацию:

1. Если группа не обеспечивает достаточно авторитета своим членам, они будут выбирать внешнюю группы, имеющую больший авторитет, чем собственная.

2. Чем больше изолирована личность в своей группе, чем ниже ее статус, тем вероятней ее выбор как референтной группы, где она ожидает иметь сравнительно высший статус.

3. Чем больше возможности имеет индивид, чтобы изменить свой социальный статус и групповую принадлежность, тем больше вероятность выбора группы с высшим статусом.

Особенно остро стоит проблема принятия системы групповых норм для нового члена группы. Познавая, какими правилами руководствуются члены группы в своем поведении, какими ценностями дорожат и какие взаимоотношения исповедуют, перед новым членом группы встает проблема принятия или отвержения этих правил и ценностей. При этом возможны следующие варианты его отношения к данной проблеме:

1) сознательное, свободное принятие норм и ценностей группы;
2) вынужденное принятие под угрозой санкций группы;
3) демонстрация антагонизма по отношению к группе ( по принципу «белой вороны»);
4) осознанное, свободное отвержение групповых норм и ценностей с учетом возможных последствий (вплоть до ухода из группы).

Важно иметь в виду, что все эти варианты дают возможность человеку определиться, найти «свое место в группе или в рядах «законопослушных», или в рядах «местных бунтарей».

Исследования показали, что второй вариант поведения человека по отношению к группе очень распространенный.


Характеристики индивида и уровень конформности


Согласно эмпирическим данным, уровень конформности определяется комплексом причин, в том числе: характеристиками индивида, подвергаемого групповому давлению: пол, возраст, национальность, интеллект, тревожность, внушаемость и пр.

Степень влияния на уровень конформности возраста и пола индивида

Принадлежность к группе позволяет удовлетворять многие потребности подростка.

Для подростков младшего возраста большое значение имеет возможность разделить с друзьями общие интересы и увлечения; также важны верность, честность, и отзывчивость. Поздние подростки направлены на поиск такого контакта, который позволил бы им найти понимание и сопереживание их чувствам, мыслям, идеям, а также обеспечил бы эмоциональную поддержку со стороны сверстников в преодолении различных проблем, связанных с возрастным развитием.

Принадлежность к компании повышает уверенность подростка в себе, дает дополнительные возможности самоутверждения. Положение подростка в группе, те качества, которые он приобретает в коллективе, существенным образом влияют на его поведенческие мотивы. Изолированность от группы, может вызвать фрустрацию и быть фактором повышенной тревожности и агрессивности.

Для подростковых групп характерна чрезвычайно высокая конформность. Яростно отстаивая свою независимость от старших, подростки зачастую абсолютно некритично относятся к мнениям собственной группы и ее лидеров. Неокрепшее диффузное «Я» нуждается в сильном «МЫ», которое, в свою очередь, утверждается в противоположность каким-то «Они». Причем все это должно быть грубо и зримо. Страстное желание быть «как все» (а «все» – это исключительно свои) распространяется на одежду, и на эстетические вкусы, и на стиль поведения. Очень важным для подростка является мнение группы.

Выяснить, кто более склонен к конформному поведению – мужчины или женщины – пытались многие психологи.

Показано, что с возрастом у мальчиков возрастает интернальность, а у девочек – экстернальность. Интерналы разного пола по-разному проявляют свою высокую информационную потребность. Женщинам нужна вся информация, и не важно, актуальна ли она для них именно сейчас; они собирают сведения о мире, чтобы стать более компетентными в общении. Конечной целью их усилий обычно является признание их значимости в рамках референтной группы. Для мужчин важнее результат сам по себе – как веха его личных достижений, имеющих ценность вне зависимости от мнения окружающих.

У мужчин во все возрастные периоды, исключая возраст старше 55 лет, уровень субъективного контроля несколько выше, чем у женщин того же возраста.

Отличается и мотивация поступков у мужчин и женщин, выделяют внешне- и внутриорганизованную мотивацию.

Под внешнеорганизованной мотивацией понимается такой процесс формирования человеком мотива, который происходит под значительным влиянием извне (когда другие люди отдают приказы, распоряжения, советы). Внутреннеорганизованная мотивация – это процесс формирования мотива, при котором человек исходит из имеющейся потребности, без постороннего вмешательства в выбор цели и способы ее достижения.

Известно, что лица женского пола более внушаемы, чем лица мужского пола. Правда это наблюдается не во всех возрастных группах.

Мотивация лиц женского пола более внешнеорганизована, т.е. мотив легче формируется под давлением извне, а мотивация лиц мужского пола – более внутреннеорганизована, т.е. исходит из понимания смысла и личной значимости того, что надо делать.

Можно сделать вывод, что женщины более податливы к групповому давлению (более конформны), чем мужчины. У девушек по сравнению с юношами наблюдается более частый выбор профессии по советам родных и знакомых.


Конформность как акцентуация характера


Эксперименты Эша дали большое количество новой информации о конформном поведении и открыли дорогу для многих более поздних исследований. Картина конформной акцентуации в характерологических исследованиях вырисовывалась очень постепенно. Был описал «аморфный тип» характера, якобы лишенный каких-либо определенных черт, плывущий по течению, слепо подчиняющийся своей среде. За таких людей думает и действует общество, совершенствование у них ограничивается подражанием. Можно обрисовать некоторые черты этого типа: постоянную готовность подчиниться голосу большинства, шаблонность, банальность, склонность к ходячей морали, благонравию, консерватизму, однако он неудачно связал данный тип с низким интеллектом. В действительности дело вовсе не в интеллектуальном уровне. Подобные субъекты нередко хорошо учатся, получают высшее образование, при определенных условиях с успехом работают.

Психопатий конформного типа не существует, он встречается в чистом виде только в форме акцентуаций.

Главная черта характера этого типа – постоянная и чрезмерная конформность к своему непосредственному привычному окружению. Также отмечено свойственное этим личностям недоверие и настороженное отношение к незнакомцам. Как известно, в современной социальной психологии под конформностью принято понимать подчинение индивидуума мнению группы в противоположность независимости и самостоятельности.
В разных условиях каждый субъект обнаруживает ту или иную степень конформности. Однако при конформной акцентуации характера это свойство постоянно выявляется, будучи самой устойчивой чертой.

Конформность сочетается с поразительной некритичностью. Все, что говорит привычное для них окружение, все, что они узнают через привычный для них канал информации, это для них и есть истина. И если через этот же канал начинают поступать сведения, явно не соответствующие действительности, они по-прежнему их принимают за чистую монету.

Ко всему этому конформные субъекты – консерваторы по натуре. Они не любят новое, потому что не могут к нему быстро приспособиться, трудно осваиваются в новой ситуации. Правда, в наших условиях они в этом открыто не признаются, видимо, потому что в подавляющем большинстве микроколлективов, где они оказываются, чувство нового официально и неофициально высоко ценится, новаторы поощряются и т.п. Но положительное отношение к новому у них остается только на словах. На деле они предпочитают стабильное окружение и раз, и навсегда установленный порядок. Нелюбовь к новому прорывается наружу беспричинной неприязнью к чужакам. Это касается как просто новичка, который появился в их группе, так и представителя другой среды, другой манеры держать себя.

От еще одного качества зависит их профессиональный успех. Они – неинициативны. Очень хорошие результаты могут достигаться на любой ступени социальной лестницы, лишь бы работа, занимаемая должность не требовали бы постоянной личной инициативы. Если именно этого от них требует ситуация, они дают срыв на любой, самой незначительной должности, выдерживая гораздо более высококвалифицированную и даже напряженную работу, если она четко регламентирована.

Опекаемое взрослыми детство не дает чрезмерных нагрузок для конформного типа. Возможно, поэтому, только начиная с подросткового возраста, черты конформной акцентуации бросаются в глаза. Все специфически-подростковые реакции проходят под знаком конформности.

Конформные подростки очень дорожат своим местом в привычной группе сверстников, стабильностью этой группы, постоянством окружения. Они совсем не склонны менять свою подростковую группу, в которой свыклись и освоились. Нередко решающим в выборе учебного заведения является, куда идет большинство товарищей. Одной из самых тяжелых психических травм, которая, по-видимому, для них существует – это когда привычная подростковая группа почему-либо их изгоняет. Конформные подростки обычно оказываются также в трудном положении, когда общепринятые суждения и обычаи их среды приходят в столкновение с их личностными качествами.

Реакция эмансипации ярко проявляется только в случае, если родители, педагоги, старшие отрывают конформного подростка от привычной ему среды сверстников, если они противодействуют его желанию «быть как все», перенять распространенные подростковые моды, увлечения, манеры, намерения. Увлечения конформного подростка целиком определяются его средой и модой времени.

Конформная акцентуация у подростков, является довольно распространенной, особенно у мальчиков.

Слабое звено конформной личности – чрезмерная податливость влиянию среды и чрезмерная привязанность ко всему привычному. Ломка стереотипа, лишение обычного для них общества может послужить причиной реактивных состояний, а дурное влияние окружающей среды толкнуть на путь интенсивной алкоголизации или приобщения к наркотикам. Длительное неблагоприятное влияние может послужить причиной психопатического развития по неустойчивому типу.


Понятие «нонконформизм»


Нонконформизм  – готовность, несмотря ни на какие обстоятельства, действовать вопреки мнению и позиции превалирующего большинства сообщества, отстаивать прямо противоположную точку зрения; способность человека сопротивляться давлению группы, думать и поступать по-своему. Как правило, высоким нонкорфизмом обладают более интеллектуальные, уверенные в себе и устойчивые к стрессам люди. В ряде случаев – стремление поступать именно наперекор. Быть нонконформистом значит мыслить самостоятельно.

Нонконформизм – это, конечно, «против»: против вседозволенности, против всевластия чиновничества... Но нонконформизм – это и «за»: за нравственность, за свободу, за вечные или, как их сейчас называют, общечеловеческие ценности...

Под «нонконформизмом» в рамках философии политики понимают очень широкое явление – это любая форма несогласия и протеста против существующей в данный момент и в данном пространстве социально-политической системы.

Различают просто нонконформизм (несогласие, неприятие норм, ценностей, целей, доминирующих в данной группе, обществе; различные английские религиозные организации, расходящиеся во взглядах с учением господствующей англиканской церкви  – баптизм, методизм, конгрегационизм и т. д.) и, как форма, нонконформизм принудительный, характеризующийся тем, что индивид из-за давления группы чувствует себя побужденным к отклонению от норм и ожиданий группы.

В принципе, несогласие и протест всегда были свойственны человеческой природе и неоднократно служили залогом развития и прогресса. Некоторые эволюционисты даже считали своеобразный первобытный «нонконформизм», выражавшийся в отрицании естественных животных импульсов, одним из определяющих факторов антропогенеза. «Бунтарь лесов» – так поэтично характеризует французский исследователь Эдгар Морен нашего воображаемого предка, который на заре истории предпочел суровой иерархии лесных приматов бесконечный риск открытых пространств. «Кажется почти очевидным, что инициаторами революции очеловечения были отклоняющиеся от "нормы" изгои, авантюристы, бунтари», – резюмирует известный антрополог.

Однако с усложнением социальной организации человечества роль нонконформизма становилась все более неоднозначной. Ведь любая система закономерно стремится маргинализировать, подавить, а в конечном счете, и вовсе исключить протест, и чем она сложнее, тем больше у нее для этого возможностей. Но и нонконформистские элементы в долгу не остаются, все чаще переходя на экстремистские, сугубо деструктивные позиции. В современном мире отчетливо прослеживаются оба эти взаимосвязанных процесса. Первый проявляется главным образом в планомерном оттеснении протестных групп в левую политическую нишу, второй – в их подчас нарочито антигосударственнической и даже антиобщественной направленности.

Явление конформизма связано с группой. Конформизм – изменение поведения или убеждения в ответ на реальное или групповое убеждение. С тем, как может группа влиять на отдельного человека. Если человек согласен с мнением большинства, с мнением или убеждением группы – он получает поддержку и одобрение. Наоборот – если он идет против течения, то встречает недовольство, отвержение, ненависть. Таких людей называют нонконформистами. По большей части они лидеры, генераторы идей, новаторы. Если человек является лидером в коллективе – то ему будет позволено небольшое отклонение от общего поведения. Нонконформист предлагает новые идеи, идет нехоженой тропой. Подобный образ мыслей не приносит популярности. Сначала его не воспринимают, или считают идиотом, но через некоторое время люди принимают новые решения и спокойно пользуются всеми благами цивилизации. Так устроен мир: сначала ненависть, насмешки, негодование, потом любопытство, а следом – бурный восторг и почитание. Нонконформист сталкивается с непониманием и отвержением со стороны общества. Конформистов большинство и скорей всего, человек просто боится менять жизнь, стремиться к новому, забывать старое.


Нонконформизм всегда имеет идеологическую основу. Идеология охватывает различные уровни – ценностный, философский, социальный, подчас, религиозный. Это иногда упускают из виду, пытаясь объяснить проявления нонконформизма простейшими, естественными социальными реакциями. Например, когда угнетаемым массам больше невмоготу жить, они, действительно, восстают против своих угнетателей. Но при этом они по определению не могут восстать только потому, что им плохо живется. Для эффективности восстания они должны иметь определенную систему обоснований, идеологию. Только лишь нежелание жить в угнетенном состоянии не является достаточным основанием. Онтологическим фактором нонконформизма является та доктрина, та идеология, то мировоззрение, что стоят за неповиновением, протестом, восстанием, революцией.

В сферу нонконформизма попадают все формы социального протеста – от восстаний рабов в древности, дворцовых переворотов, до современных политических революций или рабочего движения.

Первым этапом онтологии нонконформизма является выработка альтернативы, имеющей прямое отношение к квинтэссенции Политического. В нонконформизме ясно и концентрированно протекает процесс, составляющий суть политики. Выработка альтернативы в рамках нонконформизма начинается с осмысления масштабных реальностей, связанных с основами мировоззрения, с выяснения глубинных интересов общества и его составляющих, с новым обращением к мифу об истоках и к конечной цели исторического пути, к проекту. Утверждение альтернативы производит альтернативное действие, которое несет в себе отчетливый разрушительный элемент. Уничтожение существующего, ниспровержение его является важнейшим отличительным признаком нонконформистской политики.

Здесь могут быть самые разнообразные варианты – от минимальной альтернативности до максимальной.

Существует пример минимальной степени нонконформизма. Одному из сыновей царя (вождя) не досталось власти, власть – по обычаю этого общества – должна переходить к старшему сыну, а он, например, младший, но при этом по каким-то обстоятельствам и соображениям стремится занять трон. Претендент ничего не хочет менять – ни существующей системы верований, ни социального уклада, – ему нужна лишь личная власть. Он организует для осуществления переворота дворцовую партию, с целью, допустим, отравить старшего брата, которому может достаться трон. Здесь альтернативность минимальна и сопряжена только с личностью претендента.

Однако в реальной истории даже такой простейший случай никогда не был представлен и осознан в прозрачно прозаическом ключе, где эгоистическая мотивация претендента выступала бы решающим (и единственным) фактором. «Официально» сценарий заговора младшего брата против старшего не мог быть легитимно признан. Всякий раз эта простейшая ситуация сопровождалась дополнительными обобщающими факторами. К примеру, царственный брат-заговорщик в своих действиях старался опереться на тех людей в обществе, кто – так же, как и он – были лишены наследства. Социальной базой и опорой ему мог служить минорат – младшие дети аристократических семей. Когда обобщение осознавалось, оно переходило в статус политического нонконформизма и выражало интересы минората против майората, а это, в свою очередь, затрагивало напрямую социальный уклад и традиции.

В таком простейшем политическом (и психологическом) действии, как братоубийство из-за престолонаследия мы сталкиваемся с зачатками далеко идущей политической программы с первичными проявлениями альтернативы и политического нонконформизма. Если заговор заканчивается удачно для его организатора, младший брат может отказаться и от обобщения и от своих «революционных» начинаний (утверждения «минората»), тем самым, ликвидировав нонконформное измерение. Но в определенных случаях оно, напротив, может получить продолжение в полном соответствии с мифологическими историями о «подвигах младшего сына», которые подчас отражаются в политических реформах.

Исторически встречается и такой вид радикального нонконформизма, при котором представители определенных кругов, религий, групп, социальных классов приходят к утверждению, что вся политическая система, включая традиционные социальные институты, не верна и подлежит упразднению. Против существующей системы они выставляют собственную альтернативную, нонконформную политическую систему.

Рассматривая эволюцию конкретных политических режимов – и особенно их переломные моменты (революции, перевороты, восстания, свержение династий и т.д.), – мы видим, что в ответственных за перемены силах можно выделить элементы как минимального, так и максимального нонконформизма. Однако всегда мы имеем дело с идеологической альтернативой, либо подробно разработанной и развитой, в случае глобальной социальной революции, либо, наоборот, зачаточной, в случае рядового дворцового переворота. Если идеологическая альтернатива полноценно оформлена, то она сама по себе и выступает исторической причиной политической трансформации (соответственно, силы, вызвавшие ее к жизни, тождественны носителям именно идеологической составляющей этой альтернативы). Если же идеологический момент находится в зачаточной степени, то, скорее всего, он является не более чем прикрытием для удовлетворения неких частных интересов (т.е. силы, вызвавшие такое политическое событие, являются внешними и случайными по отношению к носителям идеологического проекта или его субститута).

Приведем суммирующие выводы относительно онтологии нонконформизма:

1. Отношение к власти: Нонконформизм утверждает нелегитимность или частичную нелегитимность власти, исчерпанность ее обоснованности либо отсутствие таковой; отрицание любой данной власти как несправедливой – несправедливой именно в соотношении с этой альтернативной сакральностью, которая служит новой точкой отсчета. Следующим шагом является утверждение новой (альтернативной) модели и структуры власти.

2. Цель и проект: Утверждение, что основная политическая цель неправильна и неадекватна, что истинные цели и проекты должны быть другими.

3. Иерархия: Онтологический нонконформизм утверждает, что существующая иерархия является полностью (либо частично) ложной, не отвечающей истинным онтологическим пропорциям. Предлагается смена иерархических принципов и базовых критериев отбора.

4. Правовая система: Право требует пересмотра в пользу тех сил, которые ущемлены в существующей политической структуре. Люди, выдвигающие и реализующие нонконформный политический проект, как правило, образуют «революционную элиту». Эта «революционная элита» всегда имеет конкретное социальное происхождение. В нонконформном проекте правовые модели выстраиваются исходя из того, каково это социальное происхождение в каждом конкретном случае.

Частным случаем этого феномена является концепция «революционного права». Революционное право действует в тот исторический момент, когда одна сакральная система находится в процессе смены, но эта смена еще не завершилась, не дошла до логического финала. «Революционное право» представляет собой предельно гибкую реальность, позволяющую лучше всего понять и специфику предшествующей правовой системы, которая отрицается, и, специфику новой системы, которая утверждается.

5. Идентификация: В альтернативной сакральности происходит новая коллективная идентификация и изменение качества главного субъекта. Часто речь идет о переносе концепции субъекта суверенности на новую реальность – касту, класс, сословие, религиозную или этническую группу и т.д.

6. Концепция революционного насилия: «…Нонконформизм обращается к насилию, потому что для утверждения альтернативной модели необходимо сокрушить существующую. В нормальном случае в любой политической системе насилие направлено против тех, кто нарушает внутреннее законодательство, основные нормативы политической системы, а также для отражения потенциальной внешней агрессии или завоевания чужих пространств. Революционное же насилие направлено в совершенно другую сторону – против существующей системы и, подспудно, против той сакральности, на которой она основана. Таким образом, революционное насилие несет в себе элементы новой «титаномахии», с надеждой на иной исход – отличный от классической греческой мифологии, где победу в битве с титанами одержали боги…» (А.Дугин, «Философия Политики», Глава 8 «Онтология политического нонконформизма»)

«Революционное насилие есть восстание против существующей системы на основе сакральных предпосылок…» Это принято называть «идеологической войной».

7. Ценностные системы: Нонконформизм настаивает на смене ценностных систем.

Таким образом, несмотря на то, что может сложиться впечатление, будто политический нонконформизм является лишь нигилистической стороной политического процесса, что революция – это только разрушение и отрицание, – на самом деле, это не так, поскольку именно в нонконформной среде и происходит формулировка новых ценностных систем, которые будут лежать в основе грядущей новой модели, предопределяя ее качество и ее структуру.

Бытовая философия нонконформизма

Современный мир находится во власти конформизма. Увлеченные соперничеством, мы перенимаем чужие правила игры, постепенно утрачивая способность к спонтанному реагированию. Спонтанность и непосредственность возвращают утраченную изначальную сущность; они служат мерой того, насколько мы движимы внутренним побуждением и не подчиняемся обстоятельствам.

Конформизм делает нас уязвимыми для самых тривиальных житейских проблем: например, поводом для беспокойства может стать несоответствие гардероба или жилища общепринятым нормам. Подчиняясь диктату большинства, мы добровольно ограничиваем свою свободу. Не будет преувеличением сказать, что отречение от индивидуальности и свободы выбора лишает права называться человеком.

Искусственно навязанные запреты очень затрудняют проведение грани между тем, что согласуется с истинной природой, и тем, что противоречит ей.

Страх вызвать непонимание окружающих или навлечь на себя их неудовольствие – одно из главнейших препятствий, мешающих отстаивать свою индивидуальность. Но преодолеть этот страх необходимо, признав за собой право руководствоваться личными мотивами и иметь собственное мнение, не придется искать оправданий своему стремлению следовать собственным путем.

Те, кому, несмотря на давление общества, удалось сохранить независимость мышления и верность своему пути, неизбежно выделяются из толпы. Когда нонконформистам удается открыть те двери, которые, согласно всеобщему мнению, прочно заперты, общество вынуждено признать их правоту и прекратить нападки.

Периодически признавая свои ошибки, общество, тем не менее, не желает учиться на них; поэтому в глазах большинства те, кто превыше всего ставит свободу самовыражения, всегда выглядят глупцами, тогда как жадно впитывающие последние веяния считаются вполне разумными людьми.

Конформистами не рождаются – ими становятся. Проявляя нонконформизм в его естественной, спонтанной форме, мы движемся к цели кратчайшим путем. Спонтанность не следует путать с импульсивностью. Если первое понятие относится к поступкам, совершаемым по наитию и не зависящим от обстоятельств, то второе является выражением склонности к необдуманным действиям под влиянием случайных внешних условий». Независимость в мыслях и поступках – непременная предпосылка развития заложенных в нас природой находчивости и изобретательности.

О нонконформизме можно рассуждать как о «базовой идее несоглашательства», которая заключается в умении распознать тот факт, что вам стараются что-нибудь навязать, и противостоять этому. Навязывание чего-либо в большинстве случаев расходится с вашим интересом. Во всяком случае это явление так бы не называлось. Поэтому тот, кто старается что-либо навязать, придумывает различные способы для того, чтобы максимально завуалировать этот процесс. Иначе говоря, пускается на хитрость. Если мы проглатываем навязанное, то будем побеждены, и это возвышает «врага» над нами. В случае победы он – пастух, а мы – стадо овец. Но если вам удается его разоблачить и противостоять его действиям, то мы остаемся самими собой – вот наша награда за победу.


Социальная норма и девиантное поведение


Важными детерминантами уровня дозволенного, санкционированного обществом поведения являются социальные нормы, закрепленные в культуре, образе жизни общества, общности, групп и индивидов; отклонения от них мы рассматриваем как патологию.

Девиантное поведение – это поведение, отклоняющееся от каких-либо норм.

Для того чтобы говорить о содержании девиантности, необходимо иметь хотя бы общее представление о норме, ее сущности.

Понятие нормы считается социологами едва ли не центральным, ключевым в социологической науке.

Социальная норма понимается как исторически сложившийся в данном конкретном обществе предел, мера, интервал допустимого (дозволенного или обязательного) поведения, деятельности людей, социальных групп, социальных организаций.
С точки зрения субъекта формирования норм их разделяют на:
  • официально установленные нормы
  • фактически сложившиеся нормы.

Официально установленные – это те нормы, которые создаются законодателями либо другими уполномоченными на то лицами.

Нормотворчество воплощается здесь в:

  • своде юридических законов
  • административных актах
  • должностных инструкциях
  • правилах внутреннего распорядка в организациях и учреждениях
  • уставах общественных организаций и т. п.

Фактически сложившиеся нормы – это те правила, которые возникли стихийно либо в процессе исторического развития общностей, либо под воздействием какого-либо стечения обстоятельств. К разряду подобных норм относятся:
  • обычаи
  • традиции
  • нормы морали
  • нормы этикета.

Под влиянием жизненных обстоятельств возникают нормы временного действия. Они, впрочем, могут закрепиться в нравах людей, если неблагоприятные обстоятельства перманентно повторяются.

К нормам, появившимся как следствие обстоятельств, относятся, например, так называемые «возникающие нормы», которые формируются в ходе взаимодействия индивидов в толпе. Это сиюминутные нормы поведения, действующие лишь до тех пор, пока толпа не рассеется или не получит импульс к трансформации, т.е. к новому образу действий и норм.

Социальные нормы также можно классифицировать по механизму оценки и регуляции поведения индивидов, групп и социальных общностей. В этом случае можно выделить:
  • нормы - идеалы
  • нормы - образцы поведения
  • профессиональные нормы
  • статистические нормы.

Известно, что идеал недостижим. Однако его ценность заключается в свойстве быть ориентиром, примером с абсолютным значением для индивидов или групп, которые стремятся совершенствовать себя или свою деятельность.

Образец в отличие от идеала играет роль средства для достижения какой-либо цели. Имеется немало образцов поведения, отступление от которых не вызывает осуждения окружающих.

Индивид волен выбирать средства, сообразуясь с собственным опытом, знаниями, склонностями. Например, не все выпускники школ следуют хрестоматийному образцу, согласно которому необходимо поступить в вуз.

Профессиональные нормы регулируют отношения между коллегами, облегчают выполнение служебных обязанностей.

Статистические нормы выражают некие свойства, присущие большинству людей, событий. Например, для большинства супружеских пар России является нормой иметь одного-двух детей.

Каждое общество имеет средний показатель рождаемости, смертности, дорожно-транспортных происшествий, самоубийств, браков, разводов и т.д. Подобные нормы никто не предписывал, и в этом смысле они также оказываются фактически сложившимися.

Существует диалектика норм общества, их взаимный переход и противоречие. Например, официально установленные нормы и нормы фактически сложившиеся могут не соответствовать друг другу. Скажем, повсеместно не соблюдаются правила дорожного движения пешеходами; игнорируются нормы выгула собак в городах, запреты посещать лес в засуху и т.п.

Фактически сложившиеся нормы могут получать статус официальных. Так произошло в нашей стране на рубеже 80-90-х годов, когда перепродажа товаров народного потребления была узаконена.

Большинство социальных норм складывается как результат отражения в сознании и поступках людей объективных закономерностей функционирования общества.

Нормы облегчают индивиду вхождение в группу, социальную общность, помогают взаимодействию людей, способствуют слаженному выполнению функций социальных институтов.
Однако отражение объективных закономерностей может оказаться неадекватным, искаженным, вообще противоречивым. В этом случае установленная норма окажет дезорганизующее действие. Выходом из ситуации станет отклонение от нормы. Получается, что анормальной является норма, а отключения от нее – нормальны. Иногда такое происходит вследствие волюнтаризма законодателей, когда официально закрепленные нормы нарушают функционирование системы. Это, например, антиалкогольные кампании в США (20-е годы) и СССР (80-е годы), когда возникли подпольные организации по продаже алкоголя. Это также попытка некоторых теоретиков оправдать взяточничество (конец 80-х - начало 90-х гг. в России) и трактовать его как нужную плату за дополнительную услугу, что способствовало еще большему росту коррупции.

Нормы общества, равно как и другие элементы культуры, имеют тенденцию к консерватизму. Однако социальные системы под воздействием внешних и внутренних процессов изменяются. Нормы, адекватно отражавшие социальные отношения в прошлом, уже не отвечают запросам изменившейся системы. Только отклонение от них дает возможность выйти из затруднительного положения. Проходит время и отклонение превращается в норму, норма – в отклонение.

Теперь непосредственно перейдем к анализу девиантного, т.е. отклоняющегося поведения.

Средства массовой информации обращают внимание чаще всего на крайние формы девиаций: убийства, изнасилования, проституцию, наркоманию, самоубийства. Однако диапазон девиантности значительно шире, чем перечисленные негативные явления.

Девиантность – это оценочное понятие. Одни формы поведения одобряются, другие, наоборот, осуждаются группой или обществом. Представления людей о «позитивном» и «негативном» не являются постоянными величинами. Они меняются как во времени, так и в пространстве.

Изменения во времени означают, что у одного и того же народа один и тот же поступок может расцениваться в одну эпоху как позитивный, а в другую – как негативный. Например, отток евреев из СССР воспринимался большинством как проявление непатриотизма, приспособленчества. Сейчас же отношение к эмиграции стало более терпимым, как, впрочем, и к женщинам, вступающим в брак с иностранцами из развитых стран.

Различие оценок девиантности в социальном пространстве понимается как различие культурных представлений групп и слоев, составляющих одно общество. Например, мелкое хулиганство в подростковой среде считается едва ли не доблестью, проявлением «истинно мужских» качеств, а взрослые имеют совершенно иное мнение об этом. Таким образом, норма и девиантность - явления весьма относительные.

В чем причины и социальные факторы девиантного поведения?

На самом высоком уровне обобщения, то есть на уровне социальных систем, девиантность есть реакция социальной системы на изменения внешней среды и выступает способом адаптации к ней.

Однако в объяснении индивидуальных, личностных мотивов нарушения норм подобная констатация оказывается недостаточной. Одна из первых попыток объяснить девиантное поведение принадлежит Э. Дюркгейму в его концепции аномии.

Под аномией он понимал состояние общества, при котором отсутствует четкая непротиворечивая регуляция поведения индивидов, образуется нормативный вакуум, когда старые нормы и ценности уже не соответствуют реальным отношениям, а новые еще не утвердились.

Состояние аномии – ситуация, когда авторитет некогда общепринятых норм поколеблен. Это приводит к повышению уровня различных форм девиантного поведения, в частности преступлений и самоубийств. Например, рост самоубийств в этом случае связан с тем, что человек остается «один на один» со своей проблемой: он не может приспособиться к новым условиям и утрачивает связь с обществом.

Дальнейшее развитие концепция аномии получила в трудах Р. Мертона.

Дюркгейм рассматривал аномию как проявление нестабильного общества. Мертон же распространил это понятие применительно к стабильному, нормально функционирующему обществу. Согласно его мнению, аномия есть следствие рассогласования между определяемыми культурой ценностями (целями) и социально организованными средствами их достижения. При этом доступ к ценностям через законные средства открыт не всем. Он зависит от принадлежности индивида к той или иной группе социальной структуры. Например, лица, занятые тяжелым неквалифицированным трудом и входящие в низшие имущественные слои общества, не имеют возможности с помощью законных банковских операций умножать свое богатство. Поэтому, чтобы добиться общезначимой ценности – материального успеха, обращаются к социально неодобряемым средствам (воровству и др.).

Таким образом, индивид адаптируется к нормам и ценностям общества. Мертон называет пять форм адаптации:
  • конформизм
  • инновация
  • ритуализм
  • ретритизм
  • мятеж.

Лишь конформизм оказывается не девиантной формой. Индивид одобряет ценности общества и достигает их законными средствами.

Инновация – форма адаптации, когда человек обходит закон и моральные нормы.

Ритуализм – форма адаптации, когда человек отказывается от целей как недостижимых, соблюдая при этом предписания общества.

Ретритизм – форма адаптации, когда человек становится равнодушен к целям и нормам, уходя от борьбы за «место под солнцем».

Мятеж – форма адаптации, когда человек ищет замену ценностям и средствам их достижения, осознавая несовершенство социальной системы.

Источником рассогласования ценностей (целей) общества и средств их достижения, помимо личностных мотивов, является социальное неравенство людей.

Т. Парсонс объяснял аномию, а следовательно, и возникновение девиантных мотиваций, невыполнением ожиданий. Поведение индивида может не соответствовать ожиданиям окружающих, равно как и окружение не всегда совпадает с ожиданиями индивида. В результате возникает напряжение как психологическое состояние личности (фрустрация) и напряженность в отношениях с другими людьми.

Реакция индивида на фрустрирующие факторы бывает двоякой:

  • приспособленческой
  • отчужденной.

По форме:

  • активной
  • пассивной.

«Приспособленческая активная» ориентация ведет к иновации. «Приспособленческая пассивная» – к ритуализму.

Американский социолог А. Коэн исходит из таких же посылок, что и Т. Парсонс. Он отмечает, что социальные системы устроены таким образом, что люди в них в той или иной степени испытывают напряжение. Однако большинство не нарушает общепринятые нормы, т.е. являются конформистами. Следовательно, существует не только отклоняющийся способ снятия напряжения.

Девиантное поведение чаще всего вызывает большую напряженность, чем конформизм. И связано оно с определенной долей риска.

Перед индивидом стоит альтернатива: конформизм или девиация. Что выбрать, человек решает самостоятельно согласно собственным моральным критериям. Например, личность с гомосексуальными наклонностями может и не дать волю этим наклонностям, поскольку нравственная цена гедонистических приобретений будет слишком высока, ибо однополые сексуальные связи в общественном мнении не только считаются «дурными», но также означают отрицание мужского достоинства.

Решение индивида, какую форму поведения избрать, зависит от референтной группы – того сообщества, которое в глазах личности является образцом. Однако индивид имеет другие варианты решения этой проблемы.

Во-первых, он может найти группу, где поступки, беспокоящие его, не осуждаются, и обратить для себя эту группу в референтную.

Во-вторых, индивид, настроенный более решительно, создает совместно с единомышленниками новую референтную группу, в которой он будет иметь психологический комфорт.

Например, полицейский, берущий взятки в сговоре с сослуживцами, или врач, создавший подпольную клинику по производству абортов, в обществе, где подобная услуга запрещена, не испытывают таких нравственных мук, какие бы они имели, действуя в одиночку.

В-третьих, личность может действовать в одиночку, без всякой поддержки со стороны окружающих. Это – наиболее трудный жизненный выбор для индивида.

Помимо индивидуальных мотивов девиантного поведения А. Коэн исследует социальные факторы роста отклонений. Важнейшим среди факторов является индустриализация.

Общество, где происходит бурное развитие промышленности и средств коммуникации, создает массу рабочих мест на всех уровнях государственного аппарата, экономики, науки и т.п. Все возникающие рабочие места не могут заполнить только представители элиты общества. Следовательно, на творческие и вообще на «теплые места» рекрутируются индивиды из других групп. Это дает надежду тем, кто раньше не имел никаких шансов на улучшение жизни. У людей возникают большие претензии. Они поощряются господствующей идеологией, поскольку экономической системе нужны конкурирующие кадры.

Честолюбие – стимул к учебе и погоне за успехом. Однако в действительности возникает противоречие между надеждами, притязаниями и реальными возможностями. Эти противоречия порождают разочарования. Разочарования в свою очередь приводят к ослаблению действия норм и социальных институтов. В конечном итоге это приводит к отрицанию авторитета норм.

Девиантное поведение можно объяснить состоянием социальной неустроенности индивида.

Социальная неустроенность – это такая позиция, занимаемая человеком, которая не соответствует ни его способностям, ни достигнутому уровню развития общества. Например, философ по образованию работает вахтером или истопником, высококвалифицированный слесарь – сторожем на автостоянке.  В этом случае индивид испытывает психологическое напряжение вследствие невостребованного профессионального потенциала. У него может возникнуть мысль о восстановлении справедливости с помощью каких-либо обходных путей.

Другой пример. Индивид не может себе позволить приобрести даже черно-белый телевизор, в то время как окружающие его люди имеют цветные телевизоры последних марок. Здесь речь идет о социально-экономической позиции человека, заметно уступающей потребительскому стандарту общества.

Социальная неустроенность может не переживаться человеком остро. Например, многие сельские пенсионеры свыклись с ситуацией, когда их быт обеспечивается лишь самыми элементарными благами. Однако чаще люди так или иначе реагируют на имеющийся контраст в социальных позициях. Формы реагирования разнообразны, в том числе в виде хулиганства как импульсивного протеста.

Негативные формы девиантного поведения

Каким бы относительным ни было соотношение нормы и девиантности, принято различать:

  • позитивные формы отклоняющегося поведения
  • негативные формы отклоняющегося поведения.

Можно изобразить некоторый континуум, т.е. числовую прямую с двумя крайними точками. На одной половине этой прямой будут располагаться негативные действия, поступки и привычки: пьянство, хулиганство, наркомания и т. п. На другой половине – позитивная девиантность: героизм, творческое прозрение, сверхинтеллигентность и др..

Как известно, мнения людей разнообразны и нередко противоположны. В силу этого критерием оценки поведения не может для нас являться суждение одного даже самого авторитетного человека. Исследуя девиантное поведение как социальное явление, мы оцениваем, действия с двух позиций:

а) последствий для общества,
б) соответствия ценностям, нормам, реальной практике поведения статистического большинства группы и общества.

Последствия могут быть деструктивными и конструктивными. Например, пьянство несет разрушительный потенциал для генофонда народа. Наоборот, открытия и изобретения способствуют процветанию общества.

Почему изобретателей и героев относят к девиантам?

Во-первых, большинство людей не совершает выдающихся поступков и действий. Во-вторых, то, что присуще большинству, является фактически сложившейся нормой поведения.

Таким образом, героические поступки или творческое озарение – девиантны в статистическом отношении, так как они всегда оказываются в меньшинстве.

Рассмотрим негативные формы девиантного поведения. Их три группы:

1) преступления
2) «преступления без жертв»
3) отклонения, не противоречащие нормам.

1) Убийства, кражи, изнасилования, терроризм и др. – это крайние формы девиантного поведения.

2) «Преступления без жертв». Этой фразой обозначают такие действия людей, от которых негативные последствия испытывают сами субъекты действия. Например, от употребления наркотиков разрушается личность самого наркомана. К названной группе девиантного поведения относятся также пьянство, проституция, сексуальная неразборчивость. Причины анализируемого поведения необходимо искать не только в сфере воспитания, сколь бы важной она ни являлась. Ответ дает исследование различных факторов социального происхождения.

Пьянство. Это явление широко распространено в России. Один из исторических корней этого явления находится в особенностях труда зоны рискованного земледелия. Российский крестьянин должен, сконцентрировав все силы, в кратчайший срок проводить полевые работы. В противном случае он рискует вообще остаться без урожая. Физическое и психологическое напряжение требует разрядки. Для этого устраиваются всевозможные праздники. Но самый простой путь расслабления – алкоголь, норма которого все возрастает по мере привыкания организма.

Индустриализация и рост городского населения не уменьшили тягу к спиртным напиткам. Наоборот, алкоголизация резко прогрессировала. Эту проблему исследовали многие российские социологи и психологи на рубеже XIX-XX вв. Большинство склонялось к мнению о компенсаторной функции алкоголя. Напряженный режим труда, неудовлетворительные санитарно-гигиенические условия быта не позволяли рабочему полноценно восстанавливать силы. Спиртные напитки, хотя бы в иллюзорной форме, восполняли недостающее. В советское время и теперь, несмотря на существенное улучшение условий труда и быта, алкоголизация населения, особенно рабочего класса, продолжала и продолжает прогрессировать. Причина – все в той же компенсаторной функции спиртных напитков. Труд индустриального рабочего до сих пор остается напряженным, зачастую физически тяжелым, монотонным. Течение жизни субъекта такого труда не отличается разнообразием, изо дня в день все тот же станок или конвейер, все тот же ритм труда и распорядок трудового дня. Рабочий вполне осознает собственную перспективу – такая стезя однообразия уготована на всю оставшуюся трудовую биографию. Особенно угнетающе это ощущается на фоне преуспевающих ровесников, занявших иные ниши общественного разделения труда. Алкоголь оказывается опять же средством погружения в мир иллюзий, ухода от столь непривлекательной действительности.

3) Отклонения, не противоречащие общепринятым нормам, – это такие формы поведения, которые вписываются в рамки «благопристойного» поведения, но на уровне представлений о должном считаются «вредными», «странными», «бесполезными», «ненормальными». Это азартные игры, аутизм, нарцистическое поведение, фанатизм, самоубийство. За исключением суицида, вред от подобных девиаций косвенный. Например, карточная игра, если в условия проигрыша не закладываются деньги, услуги и т. п., является безобидным занятием. Тем не менее, оказывается времяпрепровождением, не развивающим личность.

Азартные игры являются формой ухода человека от реальной действительности. Он весь поглощается страстью, которая, по большому счету, вызвана искусственно. Например, ребенок, проводящий часы за компьютером, не замечает происходящее вокруг него, забывает о существовании ровесников, нервничает по поводу движения фигурок на экране, тем самым расшатывает нервную систему.

Для людей определенного типа азартные игры - биологическая потребность. Игры придают реальность их мечтам. В этой связи подобных людей не остановят никакие соображения бережливости и здравого смысла.

Аутизм затруднение социальных контактов, оторванность от социального окружения, чрезвычайная замкнутость. Такое поведение зачастую связано с проблемами социализации. Личность вынуждена дистанцироваться от других. В конечном же счете – от окружающей реальности. Компенсацией для нее является жизнь в замкнутом мире одиночества, фантазий и грез. Социальной причиной подобного поведения является факт дифференциации людей на шкале престижа.

Если индивид отстает от окружающих в приобретении символов успеха, он либо находит себе равных по рангу и общается с ними, либо замыкается в одиночестве.

Нарцистическое поведение – демонстративное сосредоточение внимания других на себе, на своей персоне. Чтобы привлечь внимание окружающих, «нарцисс» доводит свое поведение до эпатажа (шокирующего впечатления): броско одевается, без повода источает запах дорогих духов, на собраниях высказывается только с сенсационными сообщениями и т.п.

Основные источники формирования нарцистического поведения заключаются во всеобщем и неусыпном внимании взрослых к единственному ребенку в семье, в личных трудностях человека, когда он начинает действовать «от противного».

Обойденный вниманием аутсайдер вместо того, чтобы испытывать гнетущий комплекс неполноценности, выбирает эпатаж. Он навязчиво демонстрирует свою необычность.

Социальный вред от нарциссизма возникает тогда, когда носитель этого поведения начинает чрезмерно претендовать на особое место в социальной иерархии.

Фанатизм является слепой приверженностью какой-либо идее, доктрине. Это – следствие односторонности личности. Он чреват непредсказуемыми последствиями. Его носитель может прийти как к большой победе, так и к огромному провалу.

Фанатизм не признает инакомыслия. Поэтому он пытается вовлечь «под свои знамена» других. Те, кто не согласен, оказываются в числе противников.

Самоубийство. Подробный анализ социальных причин суицида принадлежит Э. Дюркгейму. Он, опираясь на статистику, пытался количественно измерить прогресс счастья общества. Э. Дюркгейм отмечал, что самоубийство есть следствие страданий. Чем больше людей добровольно уходят из жизни, тем больше в обществе страданий, а следовательно, меньше счастья.

Страдания и счастье – величины обратно пропорциональные. Дюркгейм выявил, что по мере индустриального развития общества страданий становится больше, так как растет статистика самоубийств.

Позитивная девиантность

Наибольший интерес всегда вызывает такое свойство личности, как гениальность. Самодеятельным творчеством, прежде всего художественным, занимаются миллионы людей. Профессиональным творчеством – тысячи. Однако вершин мастерства достигают немногие. На вершине успеха оказываются особо одаренные природой индивиды. Свою жизнь они посвящают либо искусству, либо науке, либо изобретательству.

Однако образ жизни таких людей зачастую бывает непонятен окружающим. Они либо не имеют семьи, либо отказываются от бытового комфорта, либо непрактичны в повседневных делах, либо чрезвычайно капризны, либо придирчивы к мелочам, либо расточительны, либо допускают нелепые выходки и т.п.

Девиантность творчески одаренных людей, нашедшая выход в художественных произведениях, помогает гражданам понять себя и окружающий мир, наслаждаться жизнью. А научные открытия способствуют прогрессу различных сфер человеческого бытия.

Принципиальность. В повседневной практике люди поступают довольно гибко: отстаивают свои интересы исходя из ситуации. Мало кто идет на конфликт с господствующим мнением. Иначе говоря, большинство остается конформистами.

Однако есть люди, которые не могут ни при каких обстоятельствах изменить собственные убеждения и активно их отстаивают. Они рискуют быть непонятыми, изолированными, осмеянными,                    лишенными привычного круга жизненных благ.

Принципиальные люди часто бывают неудобны окружающим, от них избавляются в трудовых коллективах и организациях. Однако без их фактически девиантного поведения социальные структуры с большей степенью вероятности приходят в упадок.

Сверхинтеллигентностъ. Ею обладают люди, воплощающие своим обликом и поведением эталон этикета и морали. Они всегда вежливы, подтянуты, начитаны, участливы, отличаются мягкостью манер, склонны уступать, не навязывают своего мнения, не пренебрежительны в отношении к кому-либо. Поведение таких людей одобряется окружающими. Но следовать их примеру не торопятся.

Совершенно очевидно, что перечисленные черты сформированы не сверхмотивацией к интеллигентности. Они сформированы особенностями личной судьбы и образа жизни, которые навряд ли можно скопировать.

Деление девиантности на позитивную и негативную условно. Это связано с условностью различия нормы и отклонения от нее. Некоторые виды девиантного поведения весьма сложно оценить однозначно под углом зрения общественной пользы или вреда. К примеру, значение гомосексуализма в настоящее время широко дискутируется в нашем обществе. Гомосексуалисты всегда будут считаться девиантами, так как их меньшинство.

В определенной мере положительное значение имеет аутизм. Затворническая жизнь некоторых писателей и поэтов помогает им сосредоточиться на создании неординарных произведений. Например, А. Грин, пребывая в мире грез, отразил его в своих книгах. Воображаемая реальность, возникшая благодаря автору, до сих пор помогает читателям отвлечься от рутинной повседневности. Хотя в реальной жизни А. Грин испытывал затруднения в налаживании элементарных человеческих контактов.

Кроме того, известно, что немало талантливых ученых, композиторов, актеров, писателей и т.п. чрезмерно увлекаются алкоголем, приобщаются к наркотикам, не брезгуют пользоваться услугами проституток, играют в азартные игры, намеренно шокируют публику всевозможными выходками.

Подобный парадокс пытаются объяснить наличием в человеке двух начал. Девиантность изображается подобно положительному и отрицательному зарядам. Их соединение только и может обеспечить горение лампы. Вероятно, одаренные люди находятся «по ту сторону» от господствующих представлений о норме и отклонении. Такая ситуация приносит немало страданий как близким, так и самим дарованиям.

Вообще роль страдания в творчестве достаточно велика. Вершин творчества часто достигают люди, раздираемые внутренними противоречиями. Их жизнь соткана из одобряемых и неодобряемых девиаций, сомнений, душевных мук.

1 комментарий:

  1. интересная тема, я ее еще из курса соц. психологии помню! а об исследованиях Аша недавно статью читала: http://www.odin-plus-odna.ru/obshhestvo/pochemu-myi-idem-za-tolpoy/, там покороче написано:))

    ОтветитьУдалить