Бэкмология – искусство нахождения простоты. Это методология укрепления психики и контроллинга психической деятельности. Суть методологии состоит в корректировке мировоззрения и жизненных установок, гармонизации внутреннего мира человека, достижении открытости ума. В ее состав входят модели преодоления неопределенности, паттерны успешного поведения, сбалансированный инструментарий поддержки принятия и реализации решений.

Бэкмология включает более десяти пособий. К ним относится книга «Создание решений для деловых проблем», которое описывает строгий, детализированный и очень человечный процесс решения неструктурированных деловых проблем, пособие «Защита собственной психики» – полное руководство по приемам психологического воздействия (атака, давление, манипуляция, обман, блеф, зомбирование и др.) и техникам эффективной защиты от него. Также Бэкмология представлена методиками рациоконтроллинга и психоконтроллинга.


Те, у кого есть свой бизнес, могут начать знакомство с Бэкмологией с сессии «Улучшение продаж». Это честная профессиональная работа, ориентированная на результат.


пятница, 3 апреля 2015 г.

О том, как Рогдай искал новую работу и нашел нового друга

Фрагмент повести «Эпизоды из жизни Рогдая, или постижение Бэкмологии»


 Что может быть прекраснее, чем, лежа утром в постели, не думать о необходимости вставать и идти на работу. О, работа! Как ты ненавистна и противна большинству из нас! Хотелось бы работать только по вдохновению и не выслушивать постоянные окрики начальства и советы сотрудников. Хотелось бы заниматься интересным делом и не зависеть от вечно меняющейся конъюнктуры. Но вот незадача – мы живем среди людей, мнения которых не только влияют, но и определяют почти все наши действия. Какие бы изощренные меры защиты мы ни предпринимали, обязательно найдется некто, кто помешает нам идти своей дорогой и испортит настроение.

Имея совсем небольшой опыт в поисках работы, Рогдай почесал затылок и начал с самого очевидного – купил газеты с объявлениями. В газетах было много вакансий, но все по тем или иным причинам Рогдая не устроили. Тогда он стал звонить всем своим знакомым, прося разузнать, не требуется ли где программист. Первый и второй день поисков окончились безрезультатно, на третий день позвонил один из его знакомых и сказал, что в одной недавно открывшейся конторе идет большой набор персонала, требуются и программисты. Рогдай сразу же собрался и поехал туда.

Контора располагалась почти в центре города в старом здании, очевидно, под снос. Его провели в большую комнату, плотно уставленную старыми столами, и подвели к крайнему столу у окна, за которым сидел небольшой человек средних лет, интеллигентного вида, аккуратно подстриженный, при костюме и галстуке.

Руководителя звали Гинзбург. У него были стеклянные глаза и монотонный безучастный голос. Расспросив Рогдая о его предыдущих заслугах, он объяснил, что в организации есть перспективное направление по созданию компьютерных игр и обучающих программ, отдел только формируется, нужны толковые программисты, работа обещает быть интересной. Предложенный оклад Рогдая устроил, дальнейшими поисками работы заниматься не хотелось, поэтому недолго думая, он согласился. Его направили проходить собеседование, затем в отдел кадров для оформления, после чего сказали выходить на следующий день на работу.

Рогдай вышел на улицу и решил немного изучить окружающую обстановку, в которой ему предстоит работать. Невдалеке от него курил молодой парень. Рогдай решил расспросить его об организации. Оказалось, что парень и сам пришел устраиваться на работу программистом. Познакомились, разговорились.

Сергей Остожин – так звали парня, работал в институте математики имени Стеклова, писал программы для поддержки научных исследований; платили мало, поэтому он и решил найти себе дополнительный заработок.

– Меня принимал на работу Гинзбург, – сказал Рогдай. – Проблем не возникло, расспросил о прошлой работе, рассказал о вакансии, затем я быстро прошел собеседование, оформили – в общем, все прошло по-деловому.

– А я пока не стал устраиваться. Какой-то гнилой мне показалась эта контора, – ответил Сергей

– Почему ты так решил?

–Да мне показалось, что этот Гинзбург не ведает, что творит. Все у него как-то неконкретно, говорит неопределенно. И контора сама не выглядит солидно. Короче, мы договорились, что я принесу Гинзбургу свои наработки, и он посмотрит, интересны ли они его конторе.

– Мне тоже Гинзбург показался немного странным, как будто ему абсолютно все равно, кого он набирает, что будет дальше. Но я согласился, потому что зарплата нормальная, тема вроде бы перспективная. Посмотрю – если не понравится, буду искать что-то другое.

Они немого помолчали, каждый обдумывал только что сказанное. Потом Сергей добавил:

– В любой конторе полно таких людей как Гинзбург. Работать надо идти только к хорошим знакомым, профессионалам – тогда точно знаешь, что ждать, с кем будешь работать, над каким проектом. Здесь же, похоже, будет больше возни, чем реального дела. Чем они тут занимаются, не понятно, возможно, программирование для них – не более чем прикрытие.

– Да ты мыслишь прямо как умудренный опытом аналитик, – удивился Рогдай. – С одного взгляда раскладываешь ситуацию по полочкам.

– Нет здесь ничего сложного, – почти безразлично ответил Сергей. – Сам скоро увидишь, что я прав. Но ты не переживай, лучше работу сейчас все равно очень трудно найти, поэтому твой выбор – далеко не самый худший.

– А ты что будешь дальше делать? – поинтересовался Рогдай.

– А я буду продолжать работать на старом месте, в институте. Один мой знакомый затевает грандиозный проект с американцами, если все у него получится, уйду к нему. Там и работа будет интересная, и деньги будут платить нормальные.

Потом они поговорили о том, кто чем раньше занимался, обсудили интересные технически моменты в их работе, договорились обменяться программами. Рогдая в немалой степени удивило, насколько Сергей чувствовал уверенность в себе – суждения его отличались трезвостью, оценки были точные, и в то же время некатегоричные. Он не старался навязывать свое мнение – может, поэтому к нему хотелось прислушиваться.

Недели две спустя они снова встретились. Сергей приехал показывать свои программы Гинзбургу.

– Ну, как прошла твоя встреча? – с интересом спросил его Рогдай.

– Я думал что Гинзбург – му...к ситуационный, а он оказался му...к концептуальный, – спокойно ответил Сергей. – Настолько неделового подхода я еще не встречал. Думаю, ничего хорошего от этой конторы ждать нечего.

Рогдай почему-то не удивился словам Сергея и не стал расспрашивать его о подробностях встречи с Гинзбургом. Самому Рогдаю за две недели работы на новом месте так и не сказали, что он должен делать. Каждое утро он приходил на работу, околачивался там до обеда и спокойно уезжал домой. Гинзбург пообещал, что скоро в отдел, где он числится, возьмут начальника, тот и будет всем заниматься – а пока надо немного подождать.

«Действительно, как-то странно выглядит все происходящее в организации, – подумал Рогдай. – Интересно, сколько еще времени я буду оставаться без дела?»

– Помяни мое слово, – добавил Сергей, – здесь работа строится примерно так: одному человеку поручают заниматься проектом, на реализацию которого требуется, по меньшей мере, человек пять. А потом невинно удивляются, почему результаты не соответствуют ожиданиям. Полное отсутствие профессионализма! Явно, они делают деньги на каких-то финансовых махинациях, а в качестве фасада выставляют дутую активность с громким названием «информационные технологии».

У Рогдая совсем не возникало желания разбираться во внутренних механизмах странной конторы, куда он попал работать. Он даже был рад, что у него появилось свободное время, которое кто-то по тем или иным причинам оплачивает. Тут он вспомнил о Виолетте и собрался ей позвонить.

Комментариев нет:

Отправить комментарий